Выбери любимый жанр

Любовь на фоне беспредела (СИ) - Панченко Юлия "Вампирчик" - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Все должно было быть не так.

Без противного шума в рациях,

И совсем в других декорациях,

Где я прячусь в твоих волосах,

И тебе дарю чудеса.

Где храню я в шкатулке запахи,

Где я с радостью делаю завтраки,

И губами ловлю висок,

И прощаю тебя за все.

Где ты знаешь, что точно приеду я,

Где мы спим на заднем под пледами,

И неважно сколько монет,

Но предела нежности нет.

Где мы любим скорость и сладкое,

И совсем не боимся быть слабыми,

И забыли про злость и месть.

Просто мы друг у друга есть…

А на деле – ни слов, ни праздников,

Дырка в сердце размером с Азию,

Сто бессонных ночей с сигаретами,

Письма глупые и безответные.

Тихо, холодно, белый флаг.

Все должно было быть не так. (с)

Весна в этом году выдалась хоть и ранняя, но зябкая. Подумалось об этом, когда порыв влажного ветра хлестко взметнул волосы. Я убрала сигарету подальше от лица, стряхнула пепел с шестого этажа и посмотрела вниз. От нагретой за день земли поднимался пар – стелясь, он обволакивал стволы деревьев и рассеивался где-то в кронах. Зажглись фонари вдоль пустынной дороги – они разгорались нехотя, лениво, и пока еще тусклый свет не проникал сквозь пар. Атмосфера изученного наизусть двора показалась мне фантастической, готичной, до той поры незнакомой.

Резкий звонок телефона помешал докурить и додумать.

Щелчком отправив окурок в темноту – туда, где густел влажный туман, я закрыла стеклопакет на балконе, вернулась в комнату и подняла трубку.

Собеседница не стала здороваться, что было вполне в ее духе. Перешла сразу к делу:

- Поддержка от национальной гвардии вошла в город.

Кивнув, я ответила:

- Да, я видела онлайн трансляцию – одна из веб-камер как раз находится на проспекте, по которому проехала техника.

- Собирайся, снимешь видео, после выложишь в сеть. Если не поможет, отправишь по прямому адресу.

Она отключилась, а я принялась одеваться. Каким бы сильным не было желание остаться дома, в привычной зоне комфорта, работа и долг – должны быть превыше трусливой лени. Я принялась подбадривать себя, но аутотренинг не принес результата – мне отчаянно не хотелось выбираться из дома, и что было тому причиной – пустынные и полумрачные, почти враждебные улицы, или зябкий туман – я не знала. Интуиция кричала – остановись! Но когда я ее слушала?

На улице было тихо. Люди разбрелись по домам, припали жадным взглядом к телевизорам. Только выслеживающий жертву маньяк мог задержаться на продуваемой всеми ветрами аллее, по которой я шагала.

И нужно же было поставить машину в гараж, нет бы - бросить во дворе…

Мимо не проехало ни одного автомобиля, не повстречалось прохожего. В тот вечер казалось, что я осталась на планете одна, и это чувство отнюдь не добавляло мне вдохновения. Я не могла винить людей в желании запереться дома на все замки. Потому что последнее время вокруг нас творилось черт знает что.

Вот уже несколько недель я снимала аматорское видео творящегося в городе беспорядка. Нельзя сказать, что открытое противостояние двух заклятых врагов и их почитателей застало жителей врасплох – нет, мы видели, что происходит, учитывая бесчинства в столице и многочисленные митинги, но скорость, с которой это докатилось до нашего города, была колоссальная. Мы оказались не готовы – растеряны, разобщены, напуганы.

Это начиналось как всегда – за благое дело, для улучшения качества жизни сейчас и для счастливого будущего – люди выходили на площади, кричали лозунги, махали транспарантами. Подоплекой всему стала предвыборная кампания и грызня между основными претендентами на трон. Что называется – стенка на стенку, каждый со своей брехней и абсурдными обвинениями, но… Люди верили. Кто-то одному, кто-то другому.

Разгорались нешуточные конфликты, и это было безумно, но безобидно – до определенного момента.

Когда и что пошло не так – никто не понял. Просто однажды демонстрация переросла в драку, а потом и в вооруженное, безумное нечто. Я не была в гуще событий, а наблюдала за всем по выпускам новостей и то, что видела – мне определенно не нравилось. Люди стали абсолютно неуправляемы. Есть такое понятие как «обезумевшая толпа» - и этот термин был применим к тому, что я видела. Сумасшедшая агрессия брызжала фонтанами, лилась реками. Ненависть захлестнула нацию, и мне, человеку далекому от столицы, было не понятно – почему? За что, и самое главное – кого они все ненавидят?

А потом все динамично покатилось под откос. Люди просто спятили. Как могут свихнуться сотни тысяч – было не ясно, но так и было. Постоянные конфронтации и противостояния – повсюду: в кафе и ресторанах, в кинотеатрах и парках…

Опасней всего было на выходных – тогда заварушки достигали апогея: люди хватали биты и бутылки… Зажигательные смеси летели в спины, а «бабочки» по рукоять врезались под ребра. Глядя на это все, я ничего, абсолютно ничего не понимала, и подозреваю, была такая не одна.

Действующая власть делала робкие попытки уладить и замять, но это ничего не проясняло и не помогало. Поднимались другие волны, появлялись новые протесты – стоило одному из кандидатов заснять ролик или выйти на площадь к приспешникам.

Полиция не справлялась.

И вот однажды правительство решило поддержать одного из претендентов, а заодно и навести порядок, а именно - ввести технику в некоторые города – в регион, который вдруг оказался «горячим». С чего бы так – поди разбери, но мы вдруг стали эпицентром противостояния.

Все переместилось из столицы сюда – в мой город. Потому что тут был штаб одного из претендентов, а второй, по счастливому совпадению был отсюда родом. Митинги и лозунги, грязное белье, вывешенное на заборе, обвинения – эти двое успевали строить кампанию, находить компроматы и драться в вечернем прайм-тайме.

И воинственный настой, которым люди заражались как чумой, уже не оставлял меня равнодушной. Это злило. Как, черт возьми, могло произойти подобное? Когда все люди вокруг меня успели спятить? С чего бы вдруг этому огромному прыщу под названием «убьем соседа, потому что он будет голосовать против кристально честного Петрова» понадобилось вскочить на гладенькой поверхности нашей нации? Все, что было белым – стало черным. Размылись такие понятия как хорошо и плохо. Внезапно стало страшно говорить за кого ты или открыто выражать мнение по поводу происходящего.

Потому что люди, как звери кидались друг на друга, и все это отдавало тотальным горячечным бредом.

Внезапно из подворотни выскочил пес с рыжими подпалинами на боку, он шарахнулся от меня, не подозревая, что напугана я ничуть не меньше его самого. И этот незначительный эпизод всколыхнул воспоминания, от которых я уже несколько ночей просыпалась в холодном поту.

Дальнейшие события, что развились месяца через два после старта предвыборной гонки, стали настоящим кошмаром. Началось буквальное избиение младенцев под названием «остановим хаос». Власти напирали, ввелся комендантский час, а также приехали военные.

И много бы я могла сказать об этом, но во всем этом не было смысла.

Я была маленьким муравчиком на безгранично большом футбольном поле. Поэтому молчала и делала свое дело – шаталась ночами по безлюдным аллеям, сунув холодеющие руки в карманы, а камеру в болтающуюся сумку на плече, и мечтала оказаться за сотни тысяч километров отсюда.

1
Перейти на страницу:
Мир литературы