Выбери любимый жанр

Кайтусь-чародей - Корчак Януш - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

— Сами мошенница!

И на нее Кайтусь зол, и на себя. И на приятеля.

— Слушай, а что это значит: в голове морковка? — спрашивает тот.

— Наверно, что человек не соображает, что говорит. Сам не можешь догадаться?

Остановились перед фотографией.

— Я тоже с тобой.

— Как хочешь.

Заходят.

— Сколько стоят полдюжины голубей?

— Каких таких голубей?

— Почтовых, кабинетных. Мы будем держать голубей на коленях.

— А деньги у вас есть?

— Пока нет. Но мы достанем.

— Вот достанете, тогда и приходите.

— Да чего вы с ними разговариваете? — вступился господин в очках. — Тут людей фотографируют. А ослам сюда нельзя.

Кайтусь с приятелем вышли.

Кайтусь молчит. Вспоминает, думает: «Ослом обозвали, а до этого сопляком. Водой плеснули. Сапожник ремнём хотел отлупцевать. А всё почему? Потому что денег у меня нет. Был бы у меня злотый, все бы сразу вежливыми стали.

С деньгами тебя и в кино пустят, и воды продадут — не только чистой, но и с сиропом».

— Сколько уже было магазинов?

— Восемь.

— Неправда, девять!

Подсчитали — вместе с продавщицей газировки получилось девять.

И в следующий магазин вошли вместе.

— Покажите, пожалуйста, ремень.

Рассматривает Кайтусь ремень, переворачивает, примеряет. Пряжку оглядывает. Сосчитал дырочки. Дохнул, протёр рукаком. Скорчил недовольную гримасу.

— Этот слишком узкий, этот слишком тёмный, этот слишком широкий.

А продавщица как новый ремень подаст, так старый тут же прячет в коробку.

«Боится, что украду», догадался Кайтусь.

Ничего удиви тельного. Разные люди приходят в магазин. Придут, начнут со скуки смотреть товар, но ничего не купит. А бывает, и стащить что-нибудь пытаются.

Поэтому Кайтусь не сердится, что ему не доверяют.

А про одноклассника думает: «Ишь какой храбрый стал. Вместе входит, а рот не открывает».

Выбрал наконец Кайтусь ремень — красивый, бойскаутский.

— Сколько стоит?

— Два злотых пятьдесят грошей.

— Дорого.

— А ты за сколько хочешь?

— У нас один мальчик купил такой ремень за сорок грошей.

— Вот и ступай туда, где купил этот ваш мальчик.

— И пойду.

— Ишь ловкачи какие! Один выбирает, а другой смотрит, что бы стащить. Знаю я вас!

— А я вас.

Обругала их продавщица и выгнала из магазина.

— А что бы ты стал делать, если бы она отдала за сорок грошей?

— Что надо, то и сделал бы.

Кайтусь знает, что: стал бы рыться и карманах, делать вид, будто потерял деньги. Но объяснять приятелю он не собирается: пускай сам пошевелит мозгами.

— Значит, завтра покупаешь билеты в кино, — сказал Кайтусь.

Сказал и ждёт, какой будет ответ.

Одноклассник нерешительно говорит:

— Попрошу у отца, может, даст денег.

— А если ие даст?

— Тогда только в воскресенье.

Кайтусь скривился и недовольно махнул рукой. Подумал: «Вот и спорь с такими».

А в табачной лавке Кайтуся пожалели.

Стоит он робко на пороге, шапку теребит.

— Тебе чего, мальчик?

— Стыдно говорить.

— Ну, скажи, ничего тебе не будет.

— Мастер велел купить три папиросы.

— Какие?

— Название у них гадкое.

— Говори, не бойся.

— Мастер сказал, что прибьет меня, если не принесу.

— Ну, как называются папиросы?

— «Сучья морда» называются, — пролепетал Кайтусь и закрылся шапкой.

— Пьян твой мастер, пусть проспится.

— Он только что встал.

— Ты из деревни? — спрашивает хозяйка.

— Из деревни.

— То-то и видно: стеснительный. Ох, посылают детей в город на мучения…

— Пойду я, — говорит Кайтусь.

— Голодный, наверно?

— Нет, не голодный.

— На, сиротка, булку.

А у Кайтуся то ли оттого, что его пожалели, то ли от усталости слёзы на глаза навернулись.

— Да не стесняйся, бери.

— Не надо, — отказался Кайтусь и выскочил из лавки.

— Чего плачешь? — спрашивает приятель.

— Да так… Мошка какая-то в глаз попала.

Ну, вот и конец. Двенадцатый магазин. Верней, прачечная. Кайтусь не собирался туда заходить, хотел найти что-нибудь поинтересней. Но приятель настоял.

— Войди, не бойся. Уже последний.

А Кайтусь и не боится. Он не трус.

— Скажите, у вас можно выгладить кота?

— Кота? — удивились девушки.

— Да. Дохлого. С хвостом.

Эх, не заметил Кайтусь, что у дверей сидит жених одной из девушек. Он — цап! — Кайтуся за шиворот.

— Погоди. Сейчас мы тебя выгладим. Франя, давай горячий утюг.

Сильный. У такого не вырвешься. Положил он Кайтуся на гладильную доску.

— Чего вы? — захныкал Кайтусь.

— А вот сейчас из тебя будет чучело кота.

Кайтусь не вырывается, только просит:

— Отпустите. Отпустите.

Сжалилась панна Франя:

— Да отпусти ты его. Он же дурачок ещё.

— Да нет. Он только строит из себя дурачка, а сам хитрюга.

— Да ты посмотри, какие у него добрые глаза.

— Я сейчас всё объясню, — хнычет Кайтусь.

— Ладно, выкладывай, какой такой дохлый кот?

Глядит Кайтусь — дверь открыта.

Хорошо ещё, портфель остался у приятеля, — удирать легче.

Погоди, ещё попадёшься мне. Я тебя запомнил. Ты меня схлопочешь! — кричит вслед жених.

Догнал Кайтуся приятель.

— От кого убегаешь?

— От кого надо.

— Расскажешь?

— А мы не договаривались, чтобы рассказывать. Давай портфель. И можешь сам идти в своё кино. Радуйся, что не пошёл со мной, а то бы так получил.

Рассерженные, разошлись в разные стороны. Не первая это ссора Кайтуся.

И спор не первый. Кайтусь любит спорить.

Зашёл как-то разговор о футболе.

Что интересней — футбольный матч или кино? Купаться или кататься на лодке? Велосипед или коньки?

Кайтусь сказал, что все фильмы для взрослых кончаются поцелуем.

— Пошли, покажу тебе, как целуются.

— Мальчика это что, ты девчонку поцелуй.

— Ишь, какой умный, сам попробуй.

— Думаешь, не поцелую? Ладно, давай на спор, на порцию мороженого.

— Спорим!

Кончились уроки.

Звонок. Сложили книги.

Школьный двор. Ворота. Улица.

— Идите за мной!

Кайтусь шагает впереди и уже жалеет, что поспорил.

Малявку какую-нибудь цеплять не хочет. Ну её, ещё испугается. Значит, надо поцеловать девчонку постарше.

Только как это сделать? Кайтусь идёт. Приглядывается.

Шагает. Смотрит. Думает. Смотрит. Ждёт.

«Эта нет. И эта тоже — нет».

Мороженое — чепуха. Стыдно проспорить. Он обязан доказать.

И вот наконец-то!

Две девчонки. Школьницы. Постарше Кайтуся. Хихикают. Болтают. Не спешат.

Одна другую назвали Зоськой: «Слушай, Зоськи, когда в следующий раз приедешь…»

Дальше Кайтусь уже не слушал. У него возник план.

Подал приятелям знак рукой — дескать, сейчас. Перешёл а другую сторону улицы, обогнал девчонок и вернулся — навстречу им идёт.

Идёт. Голову опустил, будто задумался.

Сейчас разминётся с ними. Вдруг остановился. Взглянул:

— Ой, Зоська! Когда приехала?

Та остановилась и удивлённо смотрит.

А Кайтусь обхватил её за шею и — чмок! — поцеловал. Она, глупая, ещё и наклонилась. Удалось — лучше не бывает.

Тут Зоська пришла в себя:

— А ты кто?

— Я? Кайтусь.

— Какой Кайтусь?

— А такой! — отвечает Кайтусь и облизывается, мол, вкусный был поцелуй.

И — дёру.

Девчонки сперва были в недоумении, но теперь всё поняли.

— Ну, погоди, хулиган!

— Нахальный мальчишка!

— А откуда он знает, как меня зовут?

У приятеля было двадцать грошей, и он честно купил мороженое.

Порцию поделили на три части.

Третий, который был с ними, хоть ему и не полагалось, тоже получил свою долю.

Вот такой он — Кайтусь.

Нетерпеливый. Смелый. Вечно что-нибудь придумает. Таким он был, ещё когда и в школу не ходил.

2
Перейти на страницу:

Вы читаете книгу


Корчак Януш - Кайтусь-чародей Кайтусь-чародей
Мир литературы