Выбери любимый жанр

Миссия во Вьетнаме - Пендлтон Дон - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

«Дон Пендлтон» (Ствен Мерц)

Миссия во Вьетнаме

Глава 1

Половина четвертого утра. Непроглядная ночь. Двухместный истребитель «Харриер AV-8B» — американская версия английского самолета с вертикальным взлетом и посадкой — мчался со скоростью девятьсот километров в час над самыми верхушками деревьев неподалеку от северо-вьетнамского города Хайфона. Машина летела на столь малой высоте, чтобы ее не засекли радарные установки вьетнамцев.

Кресло штурмана занимал очень высокий человек в черном боевом комбинезоне, прибывший сюда с другого конца света со склонов величавых гор Вирджинии, среди которых располагалась сверхсекретная оперативная база — ферма «Каменный человек».

Человеком этим был, конечно же, Мак Болан, в определенных кругах известный теперь под именем полковник Джон Феникс.

Ему предстояло проникнуть во Вьетнам, где много лет назад он и заработал свою страшную кличку Палач.

Но теперешнее путешествие Болана началось задолго до того, как он поспешно покинул базу в Вирджинии. Оно началось еще тогда, когда он, молодой солдат, специалист по рейдам в глубь вражеской территории, вынужден был срочно распрощаться с вьетнамским адом и вернуться в свой родной город Питтсфилд, ибо мафия учинила там зверскую расправу над его семьей. С того самого дня, вернее сказать, часа он объявил беспощадную войну гнусному и всесильному врагу, планомерно разрушающему его страну изнутри, — мафии.

В результате многочисленных кровавых атак, которые он неустанно проводил, пытаясь отсечь головы этой чудовищной гидре, мафия хотя и не была уничтожена полностью, однако понесла ощутимый урон, что позволило Министерству юстиции ограничить сферы влияния организованной преступности лишь такими двумя «незаконными» и легко контролируемыми отраслями, как игорный бизнес и проституция.

И вот тогда-то решено было использовать опыт Мака Болана в другой точке планеты...

Другая точка означала «новую войну». Но на сей раз Палач — уже в качестве полковника Джона Феникса — мог рассчитывать на любую поддержку и помощь со стороны Белого дома.

Пилотировал «Харриер» Джек Гримальди. Самолет уже проник на пятьсот километров в глубь Социалистической Республики Вьетнам и на высоте всего ста пятидесяти метров летел на северо-восток над голубовато-зеленым ковром джунглей.

Экипировался Болан основательно. В кобуре на правом бедре привычно покоился «отомаг» 44-го калибра, «беретта-бригадир» с глушителем, как всегда, висела слева под мышкой. К поясному ремню были прикреплены подсумки с запасными обоймами для двух пистолетов. Кроме того, в ногах Палача лежал автомат АКМ и непромокаемый мешок с набором зажигательных и осколочных гранат, а также различных приспособлений партизанского рейда в тылу врага.

Проверив ремни парашюта, Болан застыл в катапультируемом кресле.

В наушниках послышался голос Гримальди.

— Ну что, Страйкер, готов к прыжку? Через тридцать секунд я набираю высоту. Тогда уже мешкать нельзя.

— Готов, Джек. Спасибо за прогулку.

— Не за что. Я тоже люблю прошвырнуться ночью в самолете на высоте маргариток.

Болан понял, на что намекает Гримальди, но ничего не ответил. Да и не время сейчас было болтать.

До начала активной фазы операции оставалось еще несколько минут, и Болан принялся снова размышлять о предстоящей «новой войне» и задачах, связанных с ней. Мысли его непроизвольно вернулись к давней войне во Вьетнаме.

То было время, когда храбрые и честные парни смертельно рисковали, а зачастую и гибли, защищая идеалы, которыми Мак Болан дорожил более всего.

Тогда перед ним и его друзьями стояла простая и вечная как мир цель: добиться торжества свободы и человеческого достоинства над силами агрессии и тирании.

И вот сейчас трагические и непонятные пока отголоски той войны вновь позвали Болана во все еще дышащие ненавистью джунгли.

Он прекрасно знал, что многие из его соратников не вернулись из Вьетнама. В большинстве случаев официальные инстанции объявили их пропавшими без вести или погибшими.

Тем не менее за последние два-три года лавинообразно начали множиться слухи о пленных, до сих пор находящихся во Вьетнаме. К слухам прибавились свидетельства путешественников, случайных наблюдателей и беженцев, не оставлявшие сомнения: во Вьетнаме существуют специальные лагеря для подобных пленных, о которых, так сказать, «забыли» во время массового вывода войск после подписания перемирия.

Однако правительство долгое время ни подтверждало, ни опровергало обоснованность этих свидетельств, делая все, что было в его силах, чтобы такое положение сохранялось как можно дольше.

Наконец в 1981 году вьетнамское правительство вернуло Америке тела тридцати солдат, по архивам Министерства обороны числившихся как пропавшие без вести. Дело всплыло на поверхность и приняло с того дня официальный характер, несмотря на заявление вьетнамцев, в котором они утверждали, будто у них отныне не осталось ни единого американского военнопленного.

Но слухи и заявления на этом не прекратились. Так, один шведский журналист заявил, что видел американских военнопленных с кандалами на ногах. Они дробили камни на строительстве железной дороги недалеко от границы с Лаосом. «Сообщите миру о том, что мы здесь! Пусть о нас не забывают!» Вот что они сказали шведу.

И прочие многочисленные беженцы, искавшие убежища по всему миру, рассказывали не менее правдоподобные истории...

Мысль о том, что некоторые его сограждане до сих пор находятся в руках вьетнамцев, приводила Болана в глухую обжигающую ярость.

Глухую от того, что вечный воин никогда не терял хладнокровия и самообладания, свойственных только хорошим солдатам. Но обжигающую, когда Болан думал о страданиях этих людей, брошенных и забытых в логове беспощадного врага.

Эти парни в отличие от двух с половиной миллионов солдат, возвращенных на родину после прекращения боевых действий, так и не познали свободы и давно уже потеряли всякую надежду на лучшее будущее. Они стали жертвами провалившейся военной авантюры, которая закончилась для всех, но только не для них. Некоторые из них были, вне всякого сомнения, солдатами и офицерами спецназа, в силу чего располагали информацией, представлявшей огромный интерес для нынешнего правительства. Другие были простыми солдатами, взятыми в плен и приговоренными к каторжным работам, — вьетнамцы, безусловно, стремились попросту отыграться на этих несчастных.

Болан прекрасно знал сложившуюся обстановку и испытал глубокое разочарование, когда в 1981 году ЦРУ организовало тайную операцию в Лаосе с целью освобождения военнопленных. Операцию, завершившуюся полным провалом. С тех пор палач не оставлял надежды, что его «новая война» даст ему возможность принять непосредственное участие в решении этой проблемы, которая была столь созвучна его сердцу. И вот случилось: Гарольд Броньола, осуществлявший связь между фермой «Каменный человек» и Белым домом, прибыл в горы Вирджинии с тайным приказом. Палачу предписывалось отправиться на задание, способное круто изменить судьбу всех тех несчастных американцев, кто еще несправедливо томился в заточении на другом краю света.

Задание Болана сводилось к тому, чтобы разыскать человека, определенно знавшего, где находились многие другие, такие же, как и он, жертвы бесчеловечной судьбы.

Среди заданий последнего времени это было, пожалуй, одним из наиболее сложных. Человек, которого предстояло спасти, содержался в строго засекреченной тюрьме. О ее местонахождении Болан и Гримальди имели самое приблизительное представление.

Слабым утешением могла служить разве что уверенность Палача: с этим человеком он знаком. И потому необходимо сделать все — и возможное, и даже невозможное, — чтобы вызволить несчастного из его узилища.

В который уже раз от Болана требовалось полное напряжение физических и моральных сил...

1
Перейти на страницу:
Мир литературы