Выбери любимый жанр

Дорогая Массимина - Паркс Тим - Страница 31


Изменить размер шрифта:

31

Моррис очнулся и заторопился в пансион. Марангони просто не захотел пораскинуть мозгами, вот и все. Но в любом случае надо поскорее убраться из Римини. Не стоит рисковать, в маленьком городке твое лицо может примелькаться, и люди начнут тебя узнавать.

– Ehi! Eh lа![63]

Моррис уже миновал центральную улицу и теперь пробирался по узким переулкам, когда услышал сзади звук торопливых шагов: человек то ли бежал, то ли ковылял, часто-часто переставляя ноги.

– Моррис!

Обернуться он не успел, чья-то рука с силой хлопнула его по плечу. Чертов Джакомо. Колченогий Джеки. Моррис поймал себя на том, что дрожит. Мелкой, едва заметной дрожью.

– Я собирался заглянуть к вам в пансион, но тут увидел вас… – Джакомо никак не мог отдышаться, ему даже пришлось ухватиться за Морриса, чтобы не потерять равновесие.

Мысли сновали с бешеной скоростью, пытаясь отыскать ответ, зачем он понадобился Джакомо. Может, хочет извиниться? За вчерашнее свинское поведение…

– А что такое?

– Помните, вы вчера сказали, что Массимина убежала из дома.

– Это она сказала, не я.

– А, ну да… А какая у нее фамилия?

Моррис почти не колебался. Холодные голубые глаза взглянули прямо в темные глаза Джакомо так, словно смотрели в лицо судьбе.

– Тревизан. Массимина Тревизан.

– Из Квиндзано? Это пригород Вероны.

– Именно.

Джакомо рассмеялся:

– Надо же, а они думают, что ее похитили! Разве вы им не позвонили и не сказали, что с ней все в порядке?

– Что?!

– Они думают, что девушку похитили! – возбужденно повторил Джакомо. – Утащили, увезли. Послушайте, сегодня утром я купил «Арену», совершенно случайно, последний экземпляр, а там – статья о похищении Массимины…

– Не может быть! – Моррис запустил руку в светлые волосы, на мгновение прикрыв исказившееся лицо. Ну почему он не купил оба экземпляра газеты!

– Но Массимина же звонила домой. А потом мы написали письмо. Я сам его отправил. Нет-нет, здесь какая-то ошибка.

– Уж это точно! – возбужденно воскликнул Джакомо. Похоже, он находил ситуацию чертовски забавной. – Пойдемте ко мне в гостиницу, я покажу вам газету. Может, она просто побоялась звонить, вы ведь знаете этих пугливых благовоспитанных девиц, а итальянская почта работает из рук вон, письмо запросто могло застрять по дороге. Когда вы его отправили?

Моррис уже шагал рядом с Джакомо к гостинице. Лицо его заливал пот; ноги, казалось, были слеплены из воска.

Думай, думай, думай!

Он до крови прикусил нижнюю губу.

– Еще в субботу утром. Мы…

Джакомо снова захохотал:

– Небось половину итальянской полиции заставили рыскать вокруг Виченцы, потому что там нашли спортивный костюм, который, как полагают, принадлежит вашей подружке.

– О нет! – от безысходности выдохнул Моррис, так ничего и не придумав.

– Вам нужно срочно позвонить в полицию, или родным Массимины, или куда-нибудь еще. Если хотите, можете позвонить из моего номера. – Глаза Джакомо так и сверкали. Продолжая смеяться, он хлопнул Морриса по спине. – Да ладно, не стоит так переживать. А то бледный, как покойник. Она сама виновата, если наврала про звонок. Потолкуете с полицией, и все утрясется.

– Да-да, конечно…

Слава богу, что в статье ни словом не упоминалось о нем.

Джакомо с Сандрой жили в отеле с поэтичным названием «Под оливами» – не слишком уместное название для типовой гостиницы на улице, засаженной соснами.

– Очень удобно, – с улыбкой сказал Моррис и даже слегка обрадовался. Он еще жив. Он еще способен замечать мир, способен отпускать бесстрастные реплики.

Джакомо направился к стойке портье за ключом, и до Морриса вдруг дошло, что Сандры в номере, скорее всего, нет. Он быстро отвернулся, пока девушка-портье не встретилась с ним взглядом.

– А где Сандра? – простодушно спросил он, когда они вошли в лифт. Спина была липкой от пота.

– Отправилась по магазинам. Вбила себе в голову, что ей нужен новый купальник. Знаете ведь, какие они, женщины. У нынешнего купальника ей, видите ли, не нравятся бретельки. Словно от других бретелек у нее вырастут сиськи.

И Джакомо пустился в разглагольствования о женщинах. На самом деле у него с Сандрой ничего серьезного. Так, легкая интрижка. И если честно, на большее бабы не пригодны. Со своими браками, домашним хозяйством и младенцами сначала влезают в твою жизнь, мешают твоей работе, а когда понимают, что ты не собираешься виться вокруг их подола круглые сутки, изводят попреками или принимаются вертеть хвостом направо и налево в надежде досадить тебе. Вот и у него жена – отъявленная стерва, и этим все сказано. С женщинами невозможно жить в мире и спокойствии. И потому он сбежал от нее, так что теперь сам себе хозяин, с головой уйдет в работу, а сексуальную энергию прибережет для таких вот случайных интрижек с похотливыми сучками вроде англичаночки Сандры. Пусть бедняжка и не вышла сиськами, но в кровати такое выделывает! Просто ненасытна.

Вот за такие разговоры Моррис и не любил мужские компании.

– А она знает? – вежливо спросил он. – О том, что для вас это всего лишь курортный роман?

– Сандра? Нет. Талдычит, что поселится в Вероне, этакая верная подруга художника.

Джакомо захохотал. (Господи, этот человечек страшен как смертный грех. Маленький, колченогий, волосатый как черт, с типичным южным лицом, похожим на жеваную ириску. Жуткий карла из сказки да и только.)

Что же делать… Что же делать?!

– Но если нужно, я всегда готов сказать бабе в лицо: так, мол, и так, милая моя, на меня не рассчитывай. Чтобы быть добрым, иногда приходится быть жестоким, – таков мой девиз, Моррис. А как у вас Массиминой? Славная девчушка. Вы отличная пара! – И, не дав Моррису открыть рта, Джакомо спросил, чуть понизив голос: – Как насчет того, чтобы объединиться и все такое? – Его лицо перекосилось хитрой усмешкой. – Я хочу сказать, хорошая компания еще никому не мешала, делили бы все поровну. Сандра обожает такие фокусы, да и вы ей приглянулись, все уши прожужжала, до чего вы милый. Мол, вы сильно отличаетесь от тех снобов, к которым она привыкла у себя в Англии. Если хотите, мы можем даже сфотографироваться вчетвером… Никаких запретов. Так сказать, поделимся прибылью. Развлечемся на всю катушку, обещаю!

Потрясенный до глубины души, Моррис судорожно сглотнул. Неужто эта обезьяна толкует о тех мерзостях, что печатаются в непристойных журнальчиках? (Если на то пошло, что-то вроде этого он видел в «Пентхаусе» негодяя Картуччо: троица сплелась в клубок, а кто-то четвертый их снимает. Гнусь какая…)

– Ну, что скажете, дорогой мой? Ох, и здорово заводит, когда трахаешься в компании! – Джакомо довольно хохотнул. – Ты их и в рот, и в жопу, а тебя…

– Вообще-то мы влюблены друг в друга, – прохрипел Моррис. Его мутило. – Честно говоря, мы… – Комок тошноты застрял где-то под грудиной. Моррис отчаянно пытался совладать с собой. – Мы собираемся пожениться, как только ей исполнится восемнадцать. Через шесть недель…

Только ничего не трогай в номере. Ничего-ничего-ничего…

– Ну, раз так, поздравляю! – Джакомо изогнулся в быстром, нелепом поклоне, затем резко сменил тему: – Надеюсь, полиция не станет больше досаждать влюбленным голубкам. Газета вон там, можете взглянуть. А я приготовлю что-нибудь выпить. Хотите мартини?

Он вышел в дверь, за которой, по всей видимости, находилась ванная. Моррис быстро оглядел комнату.

Что делать, что делать, что делать… Должен же существовать другой выход, все равно какой…

– Удивительное дело, да? – крикнул Джакомо, звеня в ванной стаканами. – Нам надо позвонить в справочную и узнать телефон веронской квестуры. А то позвонишь местной полиции, а там даже не поймут, о чем идет речь. Они только нудистов на пляжах горазды ловить.

Газета лежала на кровати, развернутая на обличающей странице. Моррис взял ее и нарочито зашелестел. Настольная лампа… нет. Стул… нет. Радиоприемник. Нет. Комната была почти пустой. Журнал «Фотографо» на трюмо, на обложке обнаженная женщина.

вернуться

63

Эй! Эй там! (итал.)

31
Перейти на страницу:

Вы читаете книгу


Паркс Тим - Дорогая Массимина Дорогая Массимина
Мир литературы