Выбери любимый жанр

52-е февраля - Жвалевский Андрей Валентинович - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

— Ой, смотри, ее даже чистить не надо! — обрадовалась Динка. — Весь снег ветром сдуло. Как удачно ты ее поставила!

— Будем считать, тебе повезло, — буркнула мама, которая уже начала сомневаться в том, что делает, но отказать Динке все еще не могла.

Завелись. Поехали. Машинка легко стартовала, даже не забуксовав, заурчала печка, дворники весело замахали, приветствуя снегопад.

— Ну и ничего такого страшного! — радостно сказала Динка. — Ой…

Собственно выезд из двора был уже виден. Вернее то место, где обычно был выезд из двора, уже просматривалось. Вот там, между поликлиникой и телефонной станцией, между двумя рядами припаркованных сугробов еще утром точно был выезд.

— Давай попробуем через соседний двор, — сказала мама и попыталась сдать назад.

Снег залепил зеркала, колеса беспомощно закрутились на месте. Чуть назад. Чуть вперед. Чуть назад. Динка выскочила из машины, дыхание тут же перехватило, ноги провались в сугроб. Дороги не было. След от их колес заносило так стремительно, что это было гораздо больше похоже на компьютерную игру, чем на реальность. Маме же каким-то чудом удалось зацепиться колесами за пешеходную дорожку и теперь машина медленно, но уверенно продвигалась назад.

— Сейчас я развернусь у этого подъезда, и… — прокричала мама, приоткрыв дверь. — Садись!

Динка вернулась в машину, которая, плавно оттолкнувшись от пешеходной дорожки, мягко осела в снег.

— Похоже, мы приехали, — грустно сказала мама.

Динка опять выскочила наружу. Колеса скрылись под снегом больше чем наполовину и крутились там, под снегом. Жаль, машина при этом даже не пыталась никуда двигаться.

Звякнул телефон.

— Да! — прикрывая трубку рукой, прокричала Динка. — Как отменили? Совсем? Ясно…

И как теперь сказать маме о том, что все это было зря? Звонила тренер, которая наглухо застряла на остановке и теперь не может добраться ни до зала, ни домой.

— Маам, — залезая в машину, Динка сделала глаза, как у котика из «Шрека», и очень удивилась, уткнувшись в «страшные» глаза мамы.

— Да, конечно, — говорила мама в телефон, — мы никуда не едем. Мы сидим дома и едим блинчики. Алло! Алло! Я тебя не слышу!

Мама тряханула телефон, но, судя по всему, лучше слышно не стало.

— Папа звонил, — объяснила она будничным тоном, — запретил нам выходить из дому. Полный транспортный коллапс, их район отрезан, свет уже вырубили, еще и со связью проблемы. Я обещала сидеть дома.

Мама деловито распахнула дверцу и вывалилась в огромный сугроб, который в считанные минуты намело вокруг машины.

— Тренировку отменили, — тихо сказала Динка.

— Отлично! — бодро откомментировала мама, попыталась обойти машину, поскользнулась и рухнула в снег.

…Динку раз двадцать отправляли домой. И когда мужики из огромного черного джипа пытались сдвинуть мамину машинку руками, и потом, когда они пытались ее откопать, и потом, когда машинку зацепили крюком и выволокли наконец из сугроба. Хозяева джипа радовались «неподецки», только что в ладоши не хлопали, когда машинка, как рыбка на крючке, немного виляя, выбиралась из заноса.

— Работает! Слышь! Когда б еще лебедку испытали!

Машинку удалось оттащить в сторону, чтобы она не загораживала проезд, мужики работали быстро и с огоньком.

По виду три классических амбала, черные куртки, черные вязаные шапки, плечи с дверной косяк. Динка сначала испугалась, когда увидела, как этот десант вылезает из огромной машины, рядом с которой утопленная в снег малолитражка казалось блохой. «Сейчас обматерят!» — ужаснулась Динка и вжалась в сидение. Но амбалы материть не стали, а молча принялись за дело.

— Куд-д-да вас-то несет в такую погоду, — простучала зубами мама, с трудом поворачивая ключ в замке.

— Помогать едем, — откликнулся один, — в городе полный швах, народ сотнями на остановках мерзнет. Поедем поразвозим. Можем, еще кого отбуксируем.

— Да ладно тебе заливать, сказал бы честно, что охота посмотреть, как твой джипарь все городские паркетники сделает! — хохотнул один из амбалов.

Хозяин «джипаря» не стал спорить, впрыгнул за руль.

Черная громадина взревела и почесала через снежные заносы, оставляя за собой даже не колею — нору.

Только в лифте Динка поняла, что она не просто замерзла. Она окоченела.

52-е февраля - i_006.png

52.02.2013. 18:17. Тёмка

Тёмка сидел, прижавшись спиной к единственному устройству в офисе, которое работало, — к батарее. Все остальное питалось электричеством, а электричества сейчас как раз и не было. Нельзя было включить ни чайник, ни комп, ни хотя бы лампочку. Внутренности офиса освещались извне помигивающим фонарем на стоянке. «И почему он работает? — злился Тёмка. — Лучше бы фонарь погас, а сотовая связь пусть пахала бы!»

Он в сотый раз проверил мобильник и в девяносто девятый раз отругал себя — связь от этого не появится, а батарейку посадить можно запросто.

— Иди сюда! — крикнул папа. — Я на кухне, помощь нужна!

Тёмка, подсвечивая себе мобилкой, отправился на кухню.

Там папа продемонстрировал нечто загадочное. Одна кастрюля, побольше, стояла в мойке. Вторая, поменьше, заполненная водой, накрывала первую на манер крышки.

— Вот, соорудил походный чайник! — папа приподнял верхнюю кастрюлю, и Тёмка увидел, что нижняя заполнена бумагой и какими-то щепками.

Папа перехватил удивленный взгляд сына и пояснил:

— Тару от нового принтера разломал. Помоги зажечь!

Загорелось сразу — и сразу погасло, как только папа поставил верхнюю кастрюлю на нижнюю. И так три раза.

— Кислорода не хватает, — буркнул Тёмка, которому надоел мартышкин труд.

— Точно! — обрадовался папа. — Нужен доступ воздуха! Сейчас возьмем дуршлаг…

— А дрова ты как будешь подбрасывать?

— Вместе будем! — папа даже в темноте, кажется, лучился оптимизмом.

Отец погрузился в недра посудного шкафа, погромыхивая там каким-то железом. Тёмка вздохнул и посветил мобильником влево, вправо, наверх…

— Пааап, а самовар у вас электрический?

— Самовар? Какой самовар? — папа вынырнул из шкафа и удивленно присвистнул. — Ого! У нас есть самовар!

…Самовар оказался не электрическим. Кто и зачем его притащил в офис, папа не вспомнил. Возможно, это был подарок. Папа считал его подарком судьбы.

Но разжечь самовар удалось далеко не сразу, хотя на той же кухне они нашли почти полный мешок угля для пикников.

— Если мы его тут раскочегарим, — говорил отец, осматривая помещение, — задохнемся и угорим. Нужна труба!

— Так вот же… — Тёмка кивнул на самоварную трубу, найденную за мойкой.

На трубе красовалась ручка непонятного предназначения.

— Она короткая, до форточки не дотянется…

Папа задумался на мгновение.

— Вот я кретин, — весело сказал он. — Но зато гений! У меня же этих труб!..

Дальше было весело. Они выгребли из отдела маркетинга образцы продукции и принялись в них копаться. Пластиковые водосточные трубы отец отмел сразу:

— Расплавятся.

Жестяные не подходили то по длине, то по диаметру. Наконец удалось соорудить, как сказал папа, «гибридный вариант»: родную самоварную трубу на конце чуть подклепали (отец отжалел для этого приз с какой-то выставки) и вогнали в оцинкованный образец продукции. Получилась увесистая конструкция.

— Вообще еще сапог нужен, — говорил папа, набивая жаровню самовара углем и щепками, — мой дед всегда сапогом раздувал… Но, думаю, тяга и так будет. Лезь на подоконник!

Тёмка, стоя на подоконнике, распахнул форточку (тут же получил в глаза горсть снега) и высунул в нее раструб «гибридного варианта». Папа поджег обрывок газеты, бросил в недра самовара и нахлобучил на него трубу. Загудело очень бодро. Теперь Тёмка понял, почему отец отказался от пластика — пока он слезал на пол, труба успела раскалиться.

Метель продолжала швырять в форточку снег, но он не только таял, пролетая мимо трубы, но и успевал испаряться. А вьюга завывала, как будто требовала немедленно убрать это безобразие из форточки. Становилось жутко.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы