Оскал Фортуны. Трилогия (СИ) - Анфимова Анастасия Владимировна - Страница 271

• Предыдущая
• 271/766
• Следующая

   По знаку отца Гасиго поднес барону чашку с холодной водой. Тот сделал несколько глотков и удовлетворенно кивнул.

   - Я слышал от Одо Гатомо о том, что произошло неподалеку от крепости Нагаси в самом конце войны, - заговорил барон.

   - Значит, он нарушил клятву? - презрительно скривил губы Сакуро.

   - Это не совсем так, - возразил барон. - Гатомо совершил уцью.

   - Ого! - вскинул брови Сакуро.

   И Токого заговорил. По ходу его рассказа старый военачальник все больше и больше хмурился, потом не выдержал и стал ходить по шатру.

   - Когда ты был в Канаго, Ёсионо все еще была в темнице? - резко прервал он барона, который уже начал повторяться.

   - Да, мой господин. Но её собирались везти в столицу. Если ты позволишь, я могу написать письмо моей сестре. Она сообщит, если ее уже увезли.

   - А кто она?

   - Жена Первого всадника сегуната.

   - Мусасибо Айоро?

   - Да.

   - Мы нашли его тело, - вступил в разговор Гасиго. - Храбрый воин. Он до конца защищал своего господина.

   - Сегун спасся? - не удержался от вопроса барон.

   - Кто из них? - чуть улыбнулся старший Сакуро.

   Токого отвел глаза.

   Отец взглянул на сына.

   - Мы знаем, что один из сегунов заперт в замке Икуцо-фами, а второму удалось скрыться с небольшим отрядом. Это его искали те воины, что нашли вас, - сказал Гасиго. - А кто из них кто, нам пока не известно.

   - Благодарю, мой господин, - прикрыл глаза барон.

   Сакуро посмотрел на раненого.

   - Ты готов служить Истинному Сыну Неба, Токого-сей?

   - Сначала мне нужно поправиться, мой господин, и уже только потом я решу...

   - Все ясно, - Сакуро остановился и внимательно посмотрел на барона. Тот с трудом выдержал этот пронзительный взгляд.

   - Я пришлю к тебе лекаря, Токого-сей, а о твоей сестре мы, возможно, поговорим позже.

   Он отступил в глубь шатра. Гасиго позвал воинов, и те вынесли носилки с бароном.

   Сын пристально посмотрел на озабоченного отца. Тот стоял на одном месте, глядя невидящими глазами в полотняную стену шатра. Гасиго еще немного потоптался, не решаясь прервать его размышления.

   - Надо поставить в известность Рекса, - наконец сказал Сакуро и посмотрел на сына. - Если он позволит, у тебя будет важное задание.

   - Я готов, мой господин, - поклонился Гасиго.

   В молодости Бьерн всегда приглашал разделить с ним трапезу друзей, знакомых или гостей. Но сейчас, когда начались проблемы со здоровьем, Рекс предпочитал обедать в одиночестве или в компании самых близких людей.

   Сакуро быстро прошел мимо застывших каменными изваяниями нирдманнов в глубь шатра, где за перегородкой располагались личные покои степного владыки.

   Старая служанка, тонганка почти тридцать лет назад попавшая в степь рабыней и служившая еще отцу Бьерна, накрывала на стол. Сам Рекс полулежал на заваленном мехами ложе и, подслеповато щурясь, читал какой-то свиток. Очевидно, письмо было чрезвычайно важным. Не смотря на то, что Фудзико все-таки удалось научить степного вождя грамоте, он предпочитал слушать писцов, а не портить глаза самому.

   - Мой Рекс, - Сакуро прижал ладонь к сердцу. Бьерн кивнул, продолжая смешно шевелить губами.

   - Здравствуй, Хошиах, - поприветствовал тонганин служанку.

   Старушка улыбнулась сморщенным лицом.

   - Здравствуй, мой господин, сегодня у нас твой любимый рис с мясом молодого жеребенка.

   Сакуро улыбнулся. Эту женщину Рекс давно считал членом семьи. Она делила с семьей Бьрна горести и невзгоды его бурной молодости, когда он младший сын вождя, изгнанный из племени старшим братом, скитался по степи в поисках пристанища. И даже когда враги вырезали семью Бьерна, и он остался всего лишь с двумя братьями и младшим сыном, рабыня вместе с ними бродила по степи, пока не вышли на лагерь тонганских изгнанников.

   Рекс встал и бросил письмо в жаровню с углями. Хмуро дождался, когда рисовая бумага сгорит дотла, и сел за стол. Хошиах, видя настроение господина, молча поставила перед ним деревянную миску с молочной кашей и тихо ушла за занавесь.

   У Сакуро рис в горле застрял. Он давно не видел владыку таким озабоченным.

   - Плохо, брат, - тихо проговорил Рекс. - У Акудзо вновь был приступ.

   Сакуро побледнел.

   - Он жив?

   - Да, кровотечение удалось остановить, - хмуро ответил Бьерн. - Но он очень слаб.

   - Бедная сестра, - тихо проговорил Сакуро. - Это все та первая зима. Мы делали все, чтобы уберечь сына нашего повелителя, но Вечное Небо все же послало ему болезнь.

   - То, что он тогда выжил уже чудо, - вздохнул Бьерн, ковыряясь в чашке. - Шаманы пророчили ему не больше пяти лет. Бедная Фудзико.

   - Прости, мой Рекс, - нахмурился Сакуро. - Но Акудзо не только твой названный сын и мой господин, но и Истинный Сын Неба. Его смерть может оттолкнуть от нас многих благородных воинов.

   - Я понимаю это, брат, - Бьерн взглянул на него. - Но для меня важнее то, что он сын моей любимой женщины. И его смерть будет сильным ударом для Фудзико.

   - Будем молиться, чтобы боги послали ему здоровье, - решительно сказал Рекс и, поморщившись, принялся за кашу.

   Сакуро стал лениво жевать душистый рассыпчатый рис с нежным мясом и пряными травами.

   - Я решил сам написать жене, - Бьер отложил ложку. - Мой подчерк может прочитать только она и мой писарь.

   Дариец чуть улыбнулся.

   - Тогда не забудь добавить, что есть сведения о Ёсионо, - ответил улыбкой тонганин.

   Бьерн нахмурился и вдруг вскинул брови.

   - Нашлась дочь?

   - Пока нет, - вздохнул Сакуро. - Мне сообщили, что ее происхождение раскрыто, и сейчас она томится в темнице замка Канаго.

   - Хошиах! - крикнул степняк.

   Служанка вышла из-за занавеса, вытирая руки.

   - Спасибо тебе, - поблагодарил ее Рекс. - Убери стол, он нам нужен.

   - Сейчас, мой господин, - кивнула женщина.

   Упругой походкой Бьерн подошел к сундуку и вытащил свернутую карту, нарисованную на толстом пергаменте.

   - Здесь? - толстый палец дарийца ткнул в аккуратно нарисованный замок у слияния двух рек.

   - Да, мой Рекс, - кивнул Сакуро, - Хотя пленный сказал, что ее могли отправить в столицу.

   Какое-то время повелитель думал, разглядывая причудливые извивы рек, тонкие полоски дорог, пересекавшие империю, крошечные рисунки городов и замков.

   - Поворачивать на восток слишком опасно, - с сожалением сказал он. - Нам могут ударить во фланг. Что думаешь, брат Сакуро?

   - Надо выяснить, там ли еще Ёсионо, - ответил тот. - Я считаю, вначале нужно послать разведку. Мне известно, что почти все землевладельцы увели свои отряды в войско сегуна. Именно их мы вчера и разбили. В замках остались лишь небольшие гарнизоны, которые будут озабочены только защитой своих стен. Сильный отряд легко дойдет до Канаго и сможет выяснить судьбу племянницы.

   Владыка степи молчал, разглядывая карту и думая о чем-то своем.

   - После того, как твоя сестра стала моей женой, ее дети это и мои дети, - внушительно проговорил Бьерн.

   - Конечно, мой Рекс, - прижал руку к груди Сакуро.

   - Поэтому мы сделаем не так, - дариец посмотрел на собеседника. - Сразу вслед за тем отрядом пойдут гирмены ярлов Асольда и Ларса под твоим командованием, брат Сакуро.

   - Ты хочешь разделить армию? - нахмурился тонганин. - Почти двадцать тысяч всадников большая сила.

   - Тот ублюдок, что называет себя Сыном Неба, не предпримет ничего, пока не подойдут войска южных сегунов.

   - Я должен взять Канаго-сегу?

   - Да! - улыбнулся Бьерн. - Приведешь земли под власть истинного Сына Неба и наступай на столицу с востока.

   - Слушаюсь, мой Рекс, - Сакуро прижал руку к сердцу.

   - Кого ты хочешь послать с отрядом разведчиков? - поинтересовался у него повелитель.

   - Моего сына, - сразу же ответил тот. - И с ним полтысячи всадников.

• Предыдущая
• 271/766
• Следующая