Выбери любимый жанр

Власть силы (СИ) - Зыков Виталий Валерьевич - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Виталий Зыков

ВЛАСТЬ СИЛЫ

"…на основании чего со всей уверенностью можно говорить о неизбежном нарастании напряжённости как на Грольде, так и на всём

Торне. Причём Прорыв в центре цивилизованных земель и активизация едва ли не всех запрещённых культов, в данной ситуации служат не причиной, а всего лишь катализатором процесса. Слишком сильны противоречия в отношениях между ведущими державами, слишком серьёзные изменения произошли на политической арене в последние годы, чтобы мир мог остаться в равновесии… По этой же причине мы не только не разделяем мнение некоторых штатных провидцев, настаивающих на особой роли Сардуора в большой политике, но и считаем его откровенно вредным, уводящим далеко в сторону от реального положения дел…"

Из докладной записки аналитической группы при генеральном штабе службы Охранителей благословенной богами республики Нолд

"Советую разогнать ваших аналитиков к хфурговой матери!"

Приписка на тексте документа, сделанная рукой Магистра Наказующих льера Бримса

Пролог

В этом году весна пришла в Ралайят необычайно рано. Казалось ещё вчера душу выматывали проливные дожди, навевали тоску пронизывающие ветра, а уже сегодня тучи разошлись, и на небе засиял тасс. Словно радуясь его ласковым лучам, в саду зацвела дикая вишня или, как её называют в Маллореане, "вильруали тен круа" — древо духов Воздуха.

Мелисандра не знала как там насчёт детей Стихии, а вот её отец обожал наблюдать за тем, как цветёт вишня. Почему-то это напоминало ему о родине… проклятой богами родине всех Перворождённых. Тех самых чистокровных мерзавцев, которые сначала изгнали будущего

Великого Визиря из своих лесов, а затем, спустя многие годы, пришли к нему домой, чтобы убить во имя неинтересных никому из смертных интриг.

Прошло уже несколько лет, а боль утраты так и не стала меньше.

Мелисандра нахмурилась и звякнула в колокольчик, призывая слугу.

— Немедленно срубите в саду все вильруали тен круа. Чтобы и духу их здесь больше не осталось, — сказала халине, мстительно поджав губы.

Нанятый ещё отцом слуга-ханец ничем не выдал своего удивления и лишь почтительно склонил голову. За последние годы к подобным приказам он уже привык. Молодая хозяйка планомерно уничтожала в доме всё то, что напоминало о стране светлых эльфов. Странно ещё, что она так долго тянула с этим решением.

— И да, прикажи подать ко входу экипаж. К обеду я должна быть во дворце. Халиф жаждет приобщиться к мудрости дочери славного

Тимарениса! — добавила Мелисандра безо всякого почтения к титулу хозяина Ралайята. Или кого принято считать хозяином Ралайята, что гораздо ближе к реальности.

Да, ей понадобилось несколько лет, чтобы занять место отца и стать Великим Визирем. Стать той, кому завидуют, кого боятся и ненавидят, от чьего слова зависит политика пусть крохотного, но всё-таки государства. Как она этого добилась? Шантажировала, подкупала и просто устраняла конкурентов, полагаясь на свою интуицию и, разумеется, бумаги отца. Фалет Балтусаим словно предвидел скорую беду и подготовил для дочери подробные инструкции на случай своей гибели.

Одна беда, если вырастить из Мелисандры политика первый и единственный советник халифа всё-таки успел, то развить Дар и передать навыки мага-артефактора — нет. И это его упущение теперь серьёзно сказывалось на влиянии нового визиря. Одно дело подчиняться могущественному магу, пусть даже и женщине, и совсем другое позволять помыкать собой "мархузовой бабе", кое-как освоившей десяток-другой фокусов. С последним местная аристократия категорически не желала мириться, вновь и вновь нанимая убийц, подсылая отравителей и организовывая нападения "случайных бандитов".

Мелисандра уже успела забыть, когда она могла выйти из дома одна или в сопровождении единственного охранника. Теперь каждое её появление на улице превращалось едва ли не в полноценную военную операцию. Во всяком случае ей именно так порой начинало казаться, из-за чего нет-нет, да и мелькала мысль: а может быть всё это зря? Не стоит власть таких жертв?..

Экипаж подали через полчаса, и прежде чем покинуть дом,

Мелисандра с кислой миной нацепила на левую руку резной костяной браслет, на пояс повесила короткий жезл из красного дерева с янтарным навершием, а на голову надела фероньерку в виде цепочки с брошью из кошачьего глаза. Ни одного нормального украшения — всё артефакты-манипуляторы, частью изготовленные ещё отцом, частью — самой Мелисандрой. Как назло ни одна "игрушка" не подходила к её бежевому брючному костюму, что добавляло халине Балтусаим ещё больше раздражения. Новая порция слухов об испортившемся вкусе "девки

Тимарениса" обеспечена… ну и Тьма с ними!

В карету Мелисандра садилась с каменным выражением лица, за которым никто, даже самый опытный интриган, не смог бы прочитать её чувства и эмоции. Подождала пока лакей закроет дверцу, после чего парой касаний активировала сначала браслет, а затем камень в фероньерке. Встроенные в экипаж защитные артефакты немедленно отозвались едва ощутимой дрожью. По настоящему сильному магу такие меры, конечно, на один зуб, но против местного отребья сойдёт. Во всяком случае Мелисандра очень на то надеялась.

После того, как выехали со двора, в хвост экипажу пристроились трое охранников на лошадях. Ещё двое уехали вперёд, изучать маршрут и выискивать любые, пусть даже мнимые угрозы жизни высокопоставленной нанимательницы. Один раз халине Балтусаим такая предосторожность уже спасла, даст Светлый Оррис спасёт и ещё раз…

Кавалькада подъезжала уже к центральной площади, как вдруг завибрировал амулет связи с охраной.

— Госпожа! — Старший телохранитель, некогда служивший в

Кридских отрядах, не признавал халифатского титулования, и всегда обращался к Мелисандре именно так. — Госпожа, дорога впереди перекрыта. Ребята докладывают, что видят опрокинутую карету и суетящихся вокруг людей. Их полтора десятка, и у всех такие рожи, что лучше не рисковать…

— Хорошо, сворачиваем на другой маршрут, — распорядилась

Мелисандра, чувствуя как внутри всё сжимается.

Нечто похожее она испытывала, когда несколько лет назад к ней в дом ломился старый вампир. Опытный, могучий и невыносимо злобный. Ни до, ни после ей не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Даже страх перед новыми покушениями мерк на фоне той, давней угрозы. И вдруг полузабытое ощущение возникло вновь. Четвертинка эльфийской крови в её жилах внезапно пробудилась, предупреждая о приближающейся опасности.

Можно было бы отмахнуться, списать на женские страхи, но…

Мелисандра для этого слишком умна. Лучше быть живым параноиком, чем мёртвым скептиком. Решительно тряхнув головой, она вытащила из-за пояса жезл и отбарабанила по амулету связи условный сигнал.

"Внимание, опасность!" Затем сдвинула в сторону занавеску и осторожно выглянула в окно.

Как выяснилось, центральные районы они уже покинули и теперь двигались по запасному маршруту к Дороге халифа — самой старой улице столицы. Не трущобы, конечно, но и далеко не благополучная часть города. Старые, уже заметно обветшавшие дома, выщербленная мостовая, и отнюдь не респектабельные обитатели. Как по заказу

Мелисандре попался на глаза уличный торговец с таким тесаком на поясе, с которым впору ходить мясникам.

Неожиданно камень в фероньерке потеплел, после чего внешность обладателя здоровенного ножа задрожала, поплыла, а затем и вовсе сменилась на нечто новое. Вместо коренастого загорелого уроженца

Ралайята возник высокий рыжеволосый эльф. В руках Перворождённый держал миниатюрный арбалет и целился — как показалось Мелисандре — прямо ей в лицо.

1
Перейти на страницу:
Мир литературы