Выбери любимый жанр

Рейдер - Астахов Павел Алексеевич - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

– Вечер добрый, Александр Иванович, – кивнул Колесов.

Батраков словно получил пощечину.

– Т-ты?! – не веря своим глазам, выдохнул директор. – Что ты здесь делаешь?! Что происходит?!

Колесов недобро усмехнулся, хотел было зайти и объяснить Батракову, кто есть кто, как вдруг услышал негромкий, но очень характерный хлопок. От этого до боли знакомого звука выстрела он невольно пригнулся:

– Е-мое!

«Только бы не Пахом!» – мелькнуло в голове руководителя захвата.

Саша Пахомов, бывший «афганец», бывший чекист и здешний особист, изрядно пил, но – с его огромным боевым опытом – был крайне опасен. И если Пахомов задержался на работе, число проблем серьезно возрастало. Этим щенкам, то есть «клещам», его точно было не взять.

Колесов метнулся в приемную, оттуда – в коридор, пробежал несколько метров и застыл на месте. В отходящем от коридора аппендиксе, как раз у настежь распахнутых дверей в спецчасть, столпились четверо растерянных, явно не знающих, что предпринять, «клещей». Еще один, усыпанный обломками табуретки и с разбитым лицом, лежал на пороге.

– Этого мне еще не хватало! – зашипел, как от ожога, Колесов.

Пахомов определенно был на рабочем месте.

– Эй, командир, – испуганно и криво улыбнулся ему один из штурмовиков. – Ты же говорил, у них стволов нет!

– В сторону! – яростно приказал Колесов и, прижимаясь к стене, быстро скользнул к распахнутой двери. – Пахом! Ты, что ли?!

Изнутри послышался густой нетрезвый мат и – снова – выстрел.

– Откуда у него ствол?! – продолжал нагнетать обстановку «клещ». – Ты же сказал, все стволы менты выгребли!

– У Пахома «стечкин» именной, – нехотя прояснил ситуацию Колесов, – с Афгана еще. Командарм Громов подарил.

Только что громившие направо и налево НИИ и все еще возбужденно дышавшие «клещи» уважительно притихли, а Колесов досадливо крякнул и тронул носком ботинка лежащего на пороге боевика. Тот слабо пошевелился.

– Значит, так, – повернулся он к остальным, – блокировать снаружи и ждать. И чтоб никакого мне геройства. Иначе он нас, – Колесов тяжело вздохнул, – то есть вас… всех положит.

Колесов критически оглядел уже начавших приходить в себя штурмовиков, достал из кармана мобильник и стремительно двинулся прочь. У него еще хватало дел в захваченном НИИ.

Петя

Спирский сидел в своем московском офисе на Космодамиановской набережной и задумчиво разглядывал стоящий на краю стола фотографический портрет. С него на Петра Петровича смотрел круглощекий ясноглазый мальчуган, зажатый молодыми, счастливыми, улыбающимися лицами мамы и дяди Лени Краснова – ныне Председателя Верховного суда России.

Это была единственная фотография, сделанная случайно в парке Сокольники у уличного фотографа много лет назад и сохраненная матерью. Петя, перебирая архив, оставшийся после смерти мамы, нашел ее и отдал в фотоателье. Там ее подретушировали, раскрасили, увеличили и размножили. Одно фото Спирский отправил Краснову, который к тому моменту был еще и.о. Председателя Верховного суда, другую поставил на стол в офисе. Ну, и еще одну повесил в гостиной дома.

Каждый, кто приходил к нему в офис или домой, неизменно умилялся Петиной мордашкой, затем отмечал необычную красоту матери, а потом несказанно удивлялся, опознав в улыбающемся статном мужчине бессменного Главного Судью страны.

– Ну что, «дядя Леня»? Поможем сыночку? – Петя подмигнул улыбающемуся отцу и сам же себе ответил – густым «красновским» басом: – Конечно, поможем!

С фотографии он перевел взгляд на компьютерный монитор, удовлетворенно улыбнулся и замурлыкал незатейливый мотивчик. Рыцари его любимого детища – игры «The Knights Story» завершали захват соседнего замка.

Тихонько и тактично, словно боясь отвлечь сына Председателя, пусть и внебрачного, от его важных дел, брякнул телефон, и Петр Петрович протянул руку. На дисплее значилось: «Колесов».

– Что там еще? – недовольный тем, что приходится отрываться от размышлений, манерно отреагировал Спирский.

Он был абсолютно уверен, что в Тригорске все должно пройти, как по нотам.

– Есть проблема, – раздался из трубки голос Колесова, и тут же – странный, далекий хлопок.

Спирский насторожился. Этот неприятный звук был похож на выстрел.

– Говори.

– Особист на работе оказался. Пьяный, сволочь…

– Вы его обезвредили? – поинтересовался Спирский.

– Да. Почти. Блокировали прямо в спецчасти.

– Тогда в чем проблема?

В трубке снова хлопнуло.

– Некоторые документы… о которых вы говорили. Они находятся именно там, внутри, – после затяжной паузы отозвался Колесов, – и пока Пахомов не сдастся, нам их не изъять. А он не сдастся, пока не протрезвеет…

Спирский раздраженно хлопнул по клавиатуре и, даже не дав предводителю водрузить победный флаг, вышел из игры.

– Это все?

– Нет. К нам едут менты. Им с проходной успели позвонить. Но это я решу.

Спирский недовольно крякнул и откинулся на спинку кресла. Обычно для подобной работы Петр Петрович нанимал ребят из Главного следственного управления, прозванного в предпринимательской среде ГэСэУ. За вполне умеренную плату они могли завести уголовное дело, провести обыски и совершенно разрушить всю систему защиты компании-жертвы. Причем нанять этих молодых, активных и жадных до денег парней можно было и для решения вопросов с иногородними «клиентами». Совсем недавно Петя провернул захват одной нижегородской телефонной компании, и московские гэсэушники – опера и следователи – решили о-очень многие вопросы, начиная от бесконечных вызовов на допросы всех руководителей и акционеров и заканчивая традиционным изъятием бухгалтерских документов.

Спирский поднялся из кресла и подошел к окну. Там, прямо под окнами офиса, несколько воробьев делили заплутавшего после недавно прошедшего ливня жирного дождевого червяка.

Сотрудничать с ГэСэУ вообще было очень выгодно. Попав на отлаженный милицейский конвейер, его «клиенты», как правило, совершенно терялись, а главное, теряли представление о том, что происходит на самом деле. Вот как этот червяк, понятия не имеющий, кто его клюнет следующим. Между Петей и гэсэушниками сложились настолько прочные отношения заказчика и исполнителей, что никто из ГэСэУ уже давно не задавал ему никаких вопросов. И только на этот раз, из-за каких-то внутренних проблем, московские милиционеры в Тригорск выезжать отказались.

Петр Петрович сложил руки на груди. Спирский не был бы Спирским, если бы не нашел выхода из положения. Тщательно пересмотрев ксерокопии приказов по НИИ, добытых через подкупленных недовольных бухгалтеров, он очень быстро отыскал изгнанного из «Микроточмаша», теперь уже бывшего начальника охраны Колесова, и они прекрасно друг друга поняли.

– Сделаю, – угрюмо кивнул Колесов. – Систему охраны я знаю как свои пять пальцев. Главное, чтобы у вас все было «хоккей». Вы понимаете, о чем я?

Спирский тогда снисходительно улыбнулся:

– Если вы о правоохранительных органах, то можете не беспокоиться. Все предусмотрено.

Он действительно учел все, до мельчайших деталей. И только засевшего в спецчасти, словно в окопе, нетрезвого особиста предусмотреть оказалось невозможно. И кое-какие их планы тот уже нарушал.

* * *

Александр Иванович Батраков – очень уважаемый в городе и заслуженный человек – был в бешенстве. Его рабочий стол был завален вывернутыми из ящиков бумагами, а его самого ощупывали, словно девку.

– Нашел, – подал голос один из налетчиков и вытянул из директорского кармана тяжелую связку ключей.

– Вы за это ответите! – чуть не задохнулся от ярости Батраков и тут же наткнулся взглядом на Колесова.

Бывший начальник охраны НИИ, изгнанный не так давно директором, снова стоял в дверях кабинета.

– Тебя же в наручниках отсюда уведут, Колесов! – пообещал Батраков.

– Ключи от сейфа нашли? – не обращая на бывшего начальника ни малейшего внимания, поинтересовался бывший подчиненный у бойцов.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы