Выбери любимый жанр

Спутники Волкодава - Молитвин Павел Вячеславович - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Павел Молитвин

Спутники Волкодава

Предисловие М. Семёновой

Уважаемый читатель!

В 1992 году я решила попробовать свои силы в жанре «фэнтези». Дело было для меня новым, а потому, закончив первую главу «Волкодава», я побежала с ней к своему доброму другу Павлу Молитвину, уже тогда — опытному фантасту. Ему понравился текст, и я предложила: «Давай писать вместе!» Павел с энтузиазмом согласился. По образованию он архитектор и привык мыслить образно и объемно, к тому же великолепно рисует. Он немедленно начертил карту, снабдив ее множеством названий: Галигард, Путаюма, Аррантиада, Мономатана, сольвенны. Мы обсуждали сюжет, строили планы…

Увы! По не зависевшим от нас причинам и к обоюдному прискорбию в тот раз наше сотрудничество не состоялось. Я дописывала «Волкодава» одна, поглядывая на карту, нарисованную Молитвиным, и время от времени думала: «Сколько здесь интересных и таинственных мест, куда мой герой вряд ли когда-нибудь попадет!» Ибо делать из Волкодава второго Конана, объехавшего каждый уголок своего мира, мне ну никак не хотелось.

А дальше события приняли совсем неожиданный оборот. Книжка понравилась, так что пришлось мне реализовывать намек на продолжение, заложенный в финале. Беда только, скорость моей работы вызвала в издательстве горестные вздохи, и наконец… «А что если другой автор напишет параллельную книжку из жизни этого же мира? — спросил меня главный редактор Вадим Борисович Назаров. — Есть у тебя кто-нибудь на примете?» — «Есть! — закричала я. — Еще как есть!..»

Вот так и появились «Спутники Волкодава», написанные Павлом Молитвиным. Хочу сразу предупредить, что роскошная фантазия автора далеко превосходит мою, а потому на страницах «Спутников» вы найдете все то, чего многим не хватало в моем «Волкодаве»: жгучую любовную страсть, дворцовые интриги, добрый юмор, экзотические пейзажи и, конечно, волшебство за каждым углом.

И еще. Если это — Ваша первая встреча с творчеством Павла Молитвина, Вам непременно захочется прочесть и другие его книги, которые появятся в будущем. Лично я в этом не сомневаюсь!

Марина Семенова

Жемчужина для вождя

Вздымаясь мерно, дышит моря грудь,
Что Острова Блаженства? Что любовь?
Качает ожерелье островов.
Зовет, зовет Роланда вечный рог!
Закрой глаза, о бурях позабудь,
Поддайся обаянью сладких снов.
Мой милый, не перечу я тебе,
Лишь повод дай, и пустишься ты в путь.
Лишь веки смежил, снова лодки бег,
Наперекор любви, волне, судьбе,
И ветер рвет тугие паруса…
А я… Я не отстану… Как-нибудь…
Помилуй Бог, какой же это век?..
Какое солнце мне слепит глаза?..
Преграды одолев, достигли цели.
Сражение: победа иль беда?
Ах, все равно, любовь моя, гляди,
Как жаль, что поздно мы уразумели:
Как нежно овевает пальмы бриз.
Они неразличимы иногда…
Все горести остались позади,
И я исполню твой любой каприз.
О, если б явь, как сон дурной, стряхнуть
И вырваться из памяти оков!..
Призыв тревожный — друг в беде! — и вновь
Вздымаясь мерно, дышит моря грудь,
По жилам крови учащенный ток.
Качает ожерелье островов…

1

Единственный глаз всевидящего Тиураола, лучась ровным золотым светом, склонялся к горизонту. Люди — любимцы всемогущего благодатного бога — вели себя достойно, и, похоже, день завтра выдастся погожим. Иначе и быть не могло — на всем архипелаге Путаюма, на каждом из Западных островов смуглокожие хираолы готовились к празднованию Ланиукалари, знаменовавшему наступление сезона дождей. Праздник должен был состояться через день, и за оставшееся время Ваниваки предстояло сделать многое. Но прежде всего ему необходимо было отыскать Тилорна.

Вытащив с товарищами каноэ на песок, так чтобы его не могла слизнуть приливная волна, Ваниваки оставил их выгружать улов и первым из рыбаков добрался до поселка, рассчитывая поговорить с Тилорном с глазу на глаз.

Прислонив весла к кокосовой пальме, росшей неподалеку от его родового дома, и поставив рядышком корзину со снастью, юноша обратился к нежащейся на вечернем солнце старухе:

— Мать Отима, не видала ли ты колдуна-чужеземца?

— Видала, видала! — тряся головой, зашамкала та. — Он пошел смотреть, как матери родов ловят змей для посвящения Тиураолу.

Заметив, что любопытная старуха открыла рот, собираясь спросить, зачем понадобился ему Тилорн, Ваниваки торопливо поблагодарил Отиму и, не желая попадаться на глаза соплеменникам, быстрым шагом направился прочь от родового дома — крайнего в поселке, растянувшемся вдоль северного берега неглубокого, кристально чистого озерка.

Чужак обещал подумать над его предложением, и весь день юноша изобретал всевозможные доводы, чтобы склонить колдуна принять участие в затеянном им деле — на случай, если тот решит отказаться. Не будь его мысли заняты этим, он, конечно, сообразил бы, где следует искать любознательного чужака в день ловли змей.

Обогнув вытянутое озерцо с торца, юноша миновал росшую на южном берегу кокосовую рощу и вышел на утоптанную тропинку, которая сквозь заросли колючего кустарника — пиролиска, «дырявой шкуры» — вела прямо к подножию Красной гряды, где в пещерах и трещинах нагретых солнцем скал откладывали яйца морские змеи.

Замедлив шаг, чтобы не напороться босой ногой на предательский побег выползшего на тропу пиролиска, Ваниваки, проклинавший себя за глупость — если бы он раньше догадался, где искать Тилорна, то не стал бы отпрашиваться у товарищей и пришел в поселок со всеми, не привлекая ничьего внимания, — неожиданно понял, что на этот раз ему хоть в чем-то повезло. Тофра-оук, несмотря на хорошее отношение к чужеземному колдуну, наверняка не допустит его к церемонии посвящения змей Тиураолу. Тилорну придется возвращаться в поселок одному, и тут-то они без помех продолжат начатый вчера разговор.

Ваниваки остановилса Ему пришло в голову, что можно, не показываясь на отмели, где матери родов уже заканчивают, верно, отлов змей, покараулить колдуна прямо тут или у Красной гряды; но, поразмыслив, отказался от этой идеи. Если бы ему надо было тайно поговорить с кем-нибудь из соплеменников, он, разумеется, дождался бы его на тропе, но Тилорн — дело особое. Оставив женщин у Змеиного храма, он вполне может отправиться назад берегом. Или затеет возню с детишками, увязавшимися за матерями родов, станет учить их кататься на волнах, а то и увлечет к Палец-скале — любоваться закатом, с него станется. Нет, Тилорна надо искать на отмели, дожидаться его здесь — напрасный труд. Он ведь обязательно что-нибудь учудит, что-нибудь такое удумает, чего ни одному из мекамбо никогда и в голову не придет. Потому-то Ваниваки и хотел, чтобы колдун отправился вместе с ним на Тин-Тонгру.

От подножия Красной гряды вызолоченное солнечными лучами море и вся юго-западная отмель Тулалаоки открывались как на ладони, и, окинув усыпанный разноцветной галькой пляж беглым взглядом, юноша убедился, что ожидания его оправдываются в полной мере. Матери родов уже закончили охоту и укрылись в Змеином храме — длинной, построенной из жердей хижине, обмазанной толстым слоем глины, а Тилорн, собрав вокруг себя ребятню, развлекает ее какими-то колдовскими штучками.

1
Перейти на страницу:
Мир литературы