Выбери любимый жанр

Зеркало: обратной дороги нет - Артамонова Елена Вадимовна - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

— Танька. — вслух пробормотала девочка. — Конечно же, Танька.

Мила вспомнила загадочную историю, недавно произошедшую с ее подружкой Таней Андреевой.

То, что с ней случилось, можно было назвать настоящим кошмаром, а связан он был именно с зеркалом. Не раздумывая, Мила набрала телефон подруги. Трубку долго не брали, пока, наконец, не послышался усталый, немного недовольный голосок:

— Алле. Я слушаю.

— Привет, Танька.

— Приветик.

— Как отдохнула? — начала издалека Мила.

— Хорошо, но мало. Мама говорит, что наша поездка на море уже успела улетучиться, как утренний туман на солнце. Только загар остался.

— Слушай, мне надо с тобой обсудить одну вещь.

— Мил, давай потом. Мы плохо спали в поезде, там такая духота была, что я себя ощущала пирожком в духовке, а на данный момент мы только-только чемоданы распаковали.

— Я хотела уточнить насчет зеркал. — Мила помедлила, подбирая слова, а потом, от волнения перешла на шепот и добавила: — О том, кто в них прячется.

Пауза была очень долгой и девочка уже начала думать, что возникли проблемы со связью. Мила стояла на самом солнцепеке, прижимая телефон к уху, дрожа от нервного озноба, для которого, в общем-то, совершенно не было причин.

— Тань! Ты меня слышишь? Куда ты пропала?! — не выдержала она, нарушив затянувшееся молчание.

— Слышу. А почему тебя интересует история с зеркалом? Это же просто недоразумение, разновидность кошмарного сна. Я совсем не уверена, что призрак появлялся на самом деле.

— С зеркалом что-то не так. Мне показалось, что мое отражение изменилось, стало другим. Как бы это сказать? Чужим, что ли.

— Ты сейчас где?

— Иду мимо сквера в сторону центра.

— Давай встретимся у бывшего магазина «Диета».

— Хорошо.

— Буду через пятнадцать минут.

Закончив разговор, Мила прибавила шаг, с опаской посмотрев на изнуренные жарой деревья, росшие в полузаброшенном сквере, мимо которого она шла. Об этом месте, находившемся в самом центре города, было сложено столько леденящих кровь историй и легенд, что оно повергало в трепет всякого, кто хоть немного верил в чудеса. До недавнего времени Мила Китайгородцева не относилась к этой категории людей, но события произошедшие пару месяцев назад, круто поменяли все представления о жизни. Тогда, тринадцатого мая, в пятницу, всем участникам маленькой дружной компании довелось пережить жуткую ночь, необъяснимый кошмар между сном и явью. Все началось с глупой мысли, пришедшей на ум Толику Стоцкому — парень решил устроить «кошмарные посиделки», отметив, таким образом, столь зловещую дату, как пятница тринадцатого. Все собрались в брошенном доме и начали пугать друг друга всевозможными страшилками, впрочем, не слишком веря сказанному. Вечер удался, а когда ребята разошлись по домам, с каждым из них произошла фантастическая и абсолютно необъяснимая история.

Возвращавшаяся с посиделок Мила нашла в «проклятом» сквере старую куклу в забавном наряде, которую имела неосторожность принести к себе в дом. Кукла, в соответствии с традициями ужастиков ожила и устроила маленькую революцию, едва не стоившую жизни самой Миле. Уже на следующий день после кукольного бунта история с ожившими игрушками показалась самой девочке совершенно дикой и нелепой, однако списать все на кошмарный сон было нельзя — синяки и разгромленная квартира стали веским подтверждением того, что события зловещей ночи разворачивались наяву.

Мила старалась не вспоминать это происшествие, но с той поры стала иначе оценивать события, поверив, что на свете могут происходить настоящие чудеса. Потому, подозрительное поведение собственного отражения столь сильно встревожило девчонку, уже ожидавшую от зеркала какого-нибудь подвоха.

Пока Мила раздумывала о сверхъестественном, ноги сами привели ее к месту встречи — к закрытому на капремонт продовольственному магазину, находившемуся примерно на полпути к Танькиному дому. Остановившись у забрызганной побелкой витрины, Мила стала ждать. Она вовсе не собиралась смотреть на пыльное стекло за спиной, но все же резко обернулась, ощутив спиной чей-то недобрый взгляд. Витрине было далековато до кристальной прозрачности, и отражение Милы едва просматривалось под толстым слоем грязи. Тем не менее, девочка пристально вглядывалась в лицо своего зеркального двойника, пытаясь понять, что он задумал. Но у обитательницы Зазеркалья было невинное кукольное личико с широко раскрытыми голубыми глазами, явно не тянувшее на образ коварного злобного монстра.

— Мила! — худенькая девчонка с темными гладкими волосами и длинной челкой положила руку на плечо подруги. — Приветик. Заждалась?

— Спасибо, что пришла. Может, я просто перегрелась на солнышке, но мне стало казаться, что мое отражение имеет собственное «Я» и к тому же, задумало что-то нехорошее, — без лишних предисловий заговорила Мила. — Потому я и вспомнила о призраке, который навестил тебя в пятницу тринадцатого. Вдруг, все это как-то связано между собой?

— Ах, Мила, мне так хочется, чтобы та встреча оказалась сном! Впрочем, скорее всего, так оно и есть. На самом деле, отражения не рассказывают людям гнусные выдумки. Тут и гадать не о чем.

— Тогда зачем ты пришла?

— Просто решила повидаться с подругой.

— Спасибо.

Девчонки медленно шли по улице, болтая о пустяках, пока не заметили яркие зонтики открытого кафе, под которыми можно было укрыться от изнуряющей жары. Взяв мороженое и «Кока-Колу» Мила и Таня приземлились за свободным столиком.

— Тань, расскажи про ту ночь поподробней.

— Зачем? Новой информации у меня не появилось, а про свои злоключения я поведала вам еще тем утром, сразу после кошмара.

— Да, конечно. Но тогда у меня была куча собственных проблем, я находилась под впечатлением встречи с резиновой бандиткой-революционеркой.

— Ожившей куклой?

— Именно.

Тане Андреевой не слишком хотелось ворошить прошлое, но она понимала, какой важной эта информация может оказаться для Милы, а потому, допив «Кока-Колу», начала свой рассказ:

— Короче, обстоятельства сложились так, что родители остались ночевать в гостях, и мне предстояло провести эту ночь в гордом одиночестве.

Не могу сказать, что такая перспектива меня сильно расстроила — в вольной жизни есть свои преимущества. Я ими не преминула воспользоваться — включила поздним вечером телевизор и начала смотреть ужастик. Никогда не поступай так, Мила! Ужастики нельзя смотреть, когда дома кроме тебя никого нет!

— Учту.

— В общем, после фильма мне стало страшно. Представь: пустая квартира, всюду горит свет, но очень тихо. Не слышно маминого голоса, ничего, а перед глазами — жуткая заплесневелая рука мертвеца с мобильным телефоном, выскользнувшая из ванны.

— Не надо!

— А мне каково было?! Страх усиливался с каждой минутой, и никакие разумные доводы не могли его победить. И тут началось такое. — Таня замолчала, рассеяно ковыряя ложечкой полурастаявшее мороженое. — Ты и сама, Мила, не сможешь точно сказать, во сне тебе повстречалась кукла-убийца или на самом деле. Так и со мной: события той ночи напоминают сон, но… В общем, пока я металась по квартире, повсюду включая свет, на пол упала рамка с фотографией. Стекло разбилось и оттуда выпала еще одна фотка. На ней было изображено три человека: мама, я и еще одна девчонка с моим лицом. Это меня здорово удивило, но гадать, что сие означает, времени не было — осколок стекла повредил мою руку, и кровь ручейком текла на паркет. Я побежала в ванную комнату, кое-как перевязала порез и тут случайно посмотрела в зеркало. Знаешь, хотя отражение копировало меня до мелочей, у него было совсем другое выражение лица — жесткое, насмешливое, злое. А зубы зеркального двойника сияли нестерпимой, отдающей в синеву белизной.

У Тани Андреевой было миловидное личико, а огромные синие глаза, прятавшиеся под челкой, имели нежное, немного растерянное выражение. Представить, что эта безобидная мордашка могла стать маской, за которой пряталось чудовище, мог только человек с нездоровым воображением.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы