Выбери любимый жанр

Загадка старика Гринвера - Садов Сергей Александрович - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

Девочка испуганно сжалась, и тут же злость за этот испуг вытеснила его. Попыталась вскочить, но сообразила, что лежит совершенно голая под одеялом. Удержав крик, она поспешно натянула его до подбородка.

— Кто вы? Где я нахожусь?!

— Где? Где?! Вот что, девочка, я не знаю, почему тут ты, но это не может быть случайностью. Только скажи, где деньги, и…

— Да не брала я ваших денег!

— Господин Гортенз! Держите себя в руках.

— Маг, вы, наверное, не понимаете, в каком положении наша семья…

— Нет, это вы не понимаете свои обязанности по отношению к Призванной. Я не уверен, что вы правильно задали параметры Призыва, я даже не уверен, что эта девочка именно та, кто вам нужен. Но в чем я совершенно уверен, так это в том, что если вы будете так к ней относиться, то Совет заберет ее под свою опеку, и тогда вы от нее уже точно ничего не добьетесь. Сможет она вам помочь или нет, но другого шанса у вас все равно не будет.

— Он прав, Горт, — неожиданно вмешалась девушка, выходя так, чтобы лежащей девочке было удобно на нее смотреть, не выворачивая при этом голову. Она улыбнулась Наташе и снова повернулась к мужчине. — Ты пугаешь ее, а так мы ничего не добьемся. Позволь, я все объясню сама.

— А! Делайте что хотите! — Горт устало махнул рукой и вышел.

Девушка присела на краешек кровати и аккуратно поправила легкое одеяло.

— Не бойся моего брата. Нам всем в последнее время пришлось тяжело, и он немного нервничает. Уверена, ты поймешь, когда я все объясню.

— Да уж, постарайтесь, — буркнула Наташа.

Она еще плохо соображала, что тут к чему, но сердиться на эту красивую девушку не могла. Наверное, ее чуть грустноватая улыбка привораживала. Стараясь не вылезти из-под одеяла, девочка приподняла подушку так, чтобы можно было сидеть в кровати.

— Даже не знаю, с чего начать… Дело в том, что месяц назад умер наш отец…

— Сочувствую…

— Спасибо. Понимаете, наша семья занимает определенное положение в Моригате. Отец был очень богатым человеком, и после его смерти все деньги должны были перейти нам — его наследникам. Точнее, большая часть уходит Горту, как старшему. Мне и Амальту — это мой младший брат — достается не очень много. Но дело не в том, сколько кому достается. После смерти отца мы не можем найти его денег. Оказалось, что буквально за несколько дней до смерти он снял со счета все, что у него было. Потратить такую сумму за короткий срок невозможно, да и не делал отец никаких крупных покупок. Тем не менее деньги пропали, а в его завещании появилась новая строчка, смысл ее таков: найдите свое наследство, если считаете себя достойными.

— А я тут при чем? И что это за Моригат?

— Позвольте мне объяснить, — поднялся мужчина, который до этого сидел на стульчике рядом с кроватью. — Госпожа Риалона, вы не оставите нас?

— Господин маг…

— Я помню условия.

— Тогда еще один момент. — Девушка повернулась к Наташе: — Честно говоря, я сама не понимаю, при чем тут вы. Полагаю, на этот вопрос ответит маг Гонс. Позже мы продолжим разговор.

Человек, которого девушка назвала магом, дождался, когда за ней закроется дверь, и повернулся к Наташе. Задумчиво посмотрел на нее и печально вздохнул. От этого вздоха девочке стало немножко не по себе.

— Прежде всего, позвольте представиться, юная госпожа. Меня зовут Гонс Арет. Младший член Совета Магов. А как зовут вас?

За все время это был первый человек, который поинтересовался ее именем. Она вдруг почувствовала симпатию к нему.

— Наташа… то есть Наталья Астахова. Наталья Викторовна Астахова.

— Наталья… Викторовна… Астахова… — Мужчина словно пробовал на вкус каждое слово. Потом вздохнул. — Что ж, как я и думал. Осталось выяснить, что из себя представляет ваш мир… Вот что, юная госпожа, расскажите немного о себе, чтобы я мог лучше понять вас. Поверьте, это не праздный интерес.

— Рассказать? — Наташа задумалась.

А почему бы и нет? Непонятно как, но этот человек вызывал доверие, он чем-то походил на отца. Но с чего начать? А, ладно, если неинтересно будет, остановит.

Девочка стала рассказывать про свою семью. Как ее отец познакомился с мамой, когда поступил на работу в следственное управление уголовного розыска Душанбе. Как начала распадаться страна и как родители с маленькой дочкой вынуждены были бежать в Россию. Как умерла мама, надломленная случившимся, и как они жили вдвоем.

— Я сама этого не помню, — призналась девочка, отворачиваясь, чтобы Гонс не видел невольных слез. — Это мне знакомые отца рассказывали. Мы первое время жили у них, пока не получили отдельную квартиру. Спасибо Аркадию Геннадьевичу. Ну а так я почти всегда с отцом была на работе, пока в школу не пошла. Оставить-то не с кем, а в детский сад, как говорил папа, в то время практически невозможно было устроить.

— Понятно, — Гонс сочувственно покивал, причем Наташа чувствовала, что сочувствие не напускное. Он действительно переживал за нее, принимая ее беды, как свои.

Так и продолжался рассказ. Как из школы бежала к отцу на работу и делала уроки за его столом, как в друзьях у нее были не сверстники, а его сослуживцы. Рассказала и про последний день, который помнила. Как ждала звонка отца из суда, где он выступал одним из свидетелей по делу убийцы, после завершения которого они должны были ехать в Карелию.

— А теперь объясните наконец, что здесь происходит?!

Гонс некоторое время молчал.

— Вам, наверное, трудно будет сразу понять. Вы сказали, что ваш отец работает в некоей организации, которая расследует преступления…

— Ну да. Он следователь.

— Понятно. Что ж, кое-что стало проясняться… но не все. Еще один вопрос, не сочтите его нескромным. Я понимаю, как девушки к этому относятся, тем не менее прошу на него ответить. Скажите, сколько вам лет?

— Мне? Недавно исполнилось четырнадцать… А что?

— Просто это окончательно подтвердило кое-какие догадки. Вы уже почти взрослая…

— Взрослая?!

Гонс на миг замер, потом хлопнул себя по лбу.

— Скажите, а с какого возраста у вас считаются взрослыми?

— Вообще-то, с восемнадцати, но…

— Понятно. Потому вы и удивились. Прошу прощения, не подумал. Просто у нас считаются взрослыми с пятнадцати лет, и будь вы старше, призвать вас было бы много сложнее. — Гонс поднял руку, предупреждая вопросы. — Сейчас все объясню. Терпение. Прежде всего о вас… — Гонс с силой потер лоб. — Даже не знаю, как объяснить. Только не пугайтесь. Понимаете, вы не человек. Точнее, не совсем человек.

— А? — Наташа поднесла к глазам руку и озадаченно оглядела ее со всех сторон. Ущипнула и вскрикнула от боли. — Это такая шутка? — Но ее собеседник глядел так серьезно, что девочке расхотелось смеяться. — Нет? Но…

— Щипками вы ничего не добьетесь. А если порежетесь, то и кровь у вас пойдет. Тем не менее вы не человек. Ваше тело создано вашим разумом, как копия настоящего.

— Копия?

— Да. Вы копия самой себя, перенесенная в другой мир заклинанием Призыва. Из ваших слов я понял, что вы из чисто технического мира. Вам, наверное, трудно будет понять это, но…

— Бред какой-то! — Если бы Наташа не была раздетой, то уже выскочила бы из постели и бежала куда-нибудь из этого сумасшедшего дома.

— Минуту терпения, пожалуйста. — Гонс встал и достал из кармана батистовый платок. — Смотрите. Вот представьте, что платок — это некая сущность, расположенная где-то вдали. Мне нужен еще один платок. Я беру необходимую мне энергию… — Гонс достал небольшой камешек в оправе на тонкой цепочке и поднес его к платку. — Вот, ухватываю сущность платка, переношу ее в нужное мне место и создаю копию. — Камешек дотронулся до платка, поплыл от него в сторону, вокруг него закружился хоровод искорок, а когда искорки погасли, точная копия платка упала на пол.

Наташа завороженно проследила за его полетом.

— Это какой-то фокус?

— В общем, да. Безделица, хотя и требующая определенных умений. На самом деле я потратил больше энергии, чем если бы платок делал простой ткач. К тому же платок нестабилен, и если его постоянно не подпитывать магией, вскоре исчезнет. Это так, демонстрация, чтобы понятней было. Так вот, на момент копирования два этих платка совершенно идентичны, но сразу после разделения каждый из них начинает жить своей жизнью и у каждого из них своя судьба. Один я оставлю себе, второй, допустим, подарю вам.

3
Перейти на страницу:
Мир литературы