Выбери любимый жанр

Ночь без конца - Лаймон Ричард Карл - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Ричард Лаймон

Ночь без конца

Посвящается друзьям: Лэрри Мори и Джоан Парсонс, хранителям Музея Причудливого и Удивительного

Часть I

Посторонние в доме

Глава 1

Джоуди застонала и начала возвращаться из забытья.

— Проснись! — В шепоте звучала тревога. — Проснись, Джоуди! Пожалуйста!

Голос Ивлин. Как, вероятно, и рука, дергающая за плечо.

Она вспомнила.

«Ах да. Я у Ивлин. Осталась на ночь. По крайней мере собиралась».

Открыв глаза, Джоуди протерла их и зевнула. В комнате было темно, но не настолько, чтобы не заметить Ивлин на кровати. Лицо подруги было затенено и едва различимо во мраке. Рука, темневшая на фоне белой простыни, протянута к полу, к ее спальному мешку. Да, это она вцепилась в плечо.

— Ну, что теперь?

— Мне что-то послышалось.

— Да ну, перестань, — недовольно пробормотала Джоуди. — Испортила такой клевый сон. Досмотрю, если не возражаешь. — И она снова зевнула, но Ивлин еще раз встряхнула ее за плечо.

— Я серьезно. Кроме шуток. Я действительно что-то слышала.

— Ну и?

— Мне страшно.

«Ничего удивительного», — подумала про себя Джоуди, но решила промолчать. Ивлин всегда делала из мухи слона, проблемы у нее возникали буквально на ровном месте. Но она была ее лучшей подругой. Еще с детства. И за десять лет Джоуди привыкла к преувеличенной мнительности Ивлин.

— Может, тебе показалось. Давай лучше спать.

— Кто-то разбил окно внизу.

— А-а... — снова зевнула Джоуди. Пока она спала, духота не ощущалась. Теперь в спальном мешке стало жарковато. Возможно, отец Ивлин выключил кондиционеры перед тем, как ложиться.

— Разбил окно? — переспросила она.

— Может, кто-нибудь из твоих родителей встал и что-то уронил? Который там час?

— Четверть второго.

— Боже! — Джоуди нащупала возле левого плеча замок застежки. Когда она потянула его вниз, рука Ивлин дернулась.

— Да это я, — успокоила она подругу.

— Ты что?

— Таю.

— Надо что-то делать.

— Да, давай спать. — Она откинула в сторону душный полог мешка. Оставались только ноги. Вылезя из мешка, она вытянулась во весь рост. Теперь она лежала полностью раскрытой. Сразу стало лучше — прохладнее и удобнее. Только ночная рубашка не пропускала свежий воздух к телу. Будь она у себя дома, и ее скинула бы. Но здесь — совсем другое дело.

— Твой отец, наверное, выключает на ночь кондиционеры?

— Перестань, Джоуди.

— Откроем, что ли, окно?

— Они не открываются.

«Вот и живи после этого в домах, построенных по индивидуальным проектам».

— Наверно, поэтому кто-то и разбил его.

— Совсем не смешно.

Джоуди завела руки за голову. Скользнувшая вверх рубашка подарила ей ощущение легкой и нежной ласки. Приятная прохлада поднялась по бедрам, и она раздвинула ноги.

Намного лучше.

Только бы успеть забраться назад в мешок перед рассветом. Совсем не хотелось бы, чтобы в таком виде ее застали хозяева. Боже, стыда потом не оберешься. Как тогда смотреть в глаза Чарльзу, то есть мистеру Кларку? Еще хуже, если заглянет Энди. Гораздо хуже. С его-то воспитанием. Бедняжку наверняка хватит удар, и он будет первым в истории двенадцатилетним мальчиком, умершим от перевозбуждения.

— Тебе не кажется, что надо пойти посмотреть?

— Ты слышала только звон стекла, и все?

— Ну да.

— Это могло быть что угодно. Может, на улице кто-то уронил бутылку.

— А если вор?

— Если вор, не думаю, что он придет в восторг от нашего появления.

— Ха-ха-ха!

— К тому же сработала бы сигнализация.

— А может, и нет.

— Твой отец всегда ставит дом на сигнализацию на ночь.

— Кто тебе сказал?

— Да ну, Ив! Вспомни, когда твои родители отправляются спать, а мы еще сидим, он всегда предупреждает, чтобы мы не прикасались к дверям. Или он говорит так только из-за меня? Считает, что я дурно на тебя влияю и могу подговорить сбежать из дому и натворить глупостей?

— Да нет, что ты. Он о тебе очень высокого мнения.

— Как мило с его стороны.

— Но сигнализация не всегда срабатывает, ты сама знаешь. Даже включенная. Тем более преступники умудряются...

— Конечно, если это настоящие профессионалы. Но те стараются не забираться в дома, когда там кто-то есть. Предпочитают одиночество. Во-первых, меньше шума. Во-вторых, наказание мягче, если поймают.

Если никого нет, тогда всего лишь кража со взломом. А если дома хозяева, тогда это уже серьезнее — грабеж, а если у преступника к тому же оружие, тогда это уже становится разбоем. Мне папа объяснял.

— Он всегда носит с собой револьвер, да?

— Почти всегда.

— Вот если бы он был сейчас с нами.

— Ну ладно, Ив. Если ты так встревожена, пойдем посмотрим. А может, сразу набрать 911 и не искать приключений себе на голову?

— Я только что об этом подумала.

— Могу представить, как жутко понравится это твоим предкам. Послушай, а почему бы тебе не разбудить отца?

— Ага, да он меня просто прибьет.

— Если в доме вор, тогда нет.

— А если нет? Что, если я его подниму по ложной тревоге?

— Но меня же ты разбудила.

— Ты — совсем другое дело.

— Ага, меня, значит, будить можно?

Несколько секунд Ивлин лежала молча. Потом промолвила:

— Наверное, все-таки лучше.

— Лучше что?

— Сказать папе.

Только сейчас Джоуди почувствовала первые признаки волнения. Хотя отец Ивлин вовсе не выглядел деспотом, Джоуди знала, что лучше его не беспокоить без особой нужды. И если сейчас Ивлин была готова разбудить его среди ночи, должно быть, были на то причины. И довольно серьезные.

Свесив ноги с кровати, Ивлин посидела секунду, затем встала и перешагнула через лежавшую на спальном мешке подругу.

— Ты и впрямь идешь? — И, не дожидаясь ответа, Джоуди добавила: — Я с тобой. Погоди.

Ивлин выжидающе остановилась.

Встав с пола, Джоуди спросила:

— У тебя не будет для меня какой-нибудь одежды?

— Мне казалось, тебе жарко.

— Мне и вправду жарко. Но вдруг это Энди бродит по дому?

— Не беспокойся, это не он. Его из пушки не разбудишь.

Навалившись плечом на дверь, Ивлин повернула ручку. Открывая дверь, она шагнула назад, и Джоуди отпрянула в сторону, избегая столкновения.

Ивлин распахнула дверь настежь.

И ойкнула.

Джоуди услышала хлюпающий звук резкого удара, и что-то кольнуло ее в живот.

Она резко вздохнула, в нос ударил запах дохлятины. Отшатнувшись, Джоуди увидела взмывающую к потолку подругу Но на прыжок это было мало похоже. Никогда в жизни Ивлин так высоко не прыгала.

"Нет, только не это, — ужаснулась Джоуди, когда голова подруги ударилась о притолоку. — Нет. Ой... Не может быть... "

Но по животу уже стекала струйка крови. Не касаясь оттопырившейся рубашки, она катилась в пах. И она была настоящей.

Как и та кровь, что хлюпала из Ивлин. Что ни на есть настоящая.

И гнилая вонь тоже была настоящая.

Несколько дней прошлым летом Джоуди пришлось вдыхать столь же отвратительный запах, когда за перегородкой ванной комнаты сдохла крыса. Отец не захотел из-за нее ломать стенку. И пришлось ждать, пока запах выветрится.

«Так, должно быть, пахнет смерть. Но это же невозможно».

Но перед глазами висело обмякшее тело со склоненной набок головой. Ноги болтались в воздухе, а на ночной рубашке расплывалось огромное темное пятно. В центре пятна торчал острый серебряный язычок.

Но прежде чем Джоуди осознала случившееся, Ивлин покинула дверной проем и поплыла по коридору.

Джоуди оцепенела.

Не могла ни шелохнуться, ни вскрикнуть. Даже дыхание перехватило.

Силуэт в темноте напоминал мужчину. Большого и толстого. Голова гладкая. Похоже, лысый. Весь он, как показалось Джоуди, был каким-то серым, как и его голова.

1
Перейти на страницу:
Мир литературы