Выбери любимый жанр

Они всегда сбываются (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Кира Измайлова

Они всегда сбываются

Почему-то неприятности случаются именно тогда, когда дела начинают идти на лад. Я уже к этому привык, но всё равно огорчился. Дело в том, что какой-то там то ли сумасшедший маг, то ли просто пророк перед смертью предсказал мою бесславную кончину. А причиной этой самой кончины должно было стать некое «дитя любви и света».

Можно, конечно, было наплевать на ненормального старика и его пророчество, но… Беда в том, что такие вот предсказания как раз и имеют обыкновение сбываться, и бесславная кончина была мне гарантирована. Выход был только один – отыскать это самое дитя любви и света и избавиться от него, благо уничтожить меня оно могло только по достижению восемнадцатилетия.

Я нашел ребенка только через три года – его очень хорошо прятали, зная, что я наверняка отправлю на поиски всю окрестную нечисть. И правильно делали, к слову сказать.

Итак, это оказалась девочка, и изумительно хорошенькая. Вот уж истинно – дитя любви и света… Юный принц до беспамятства влюбился в прелестную принцессу, женился на ней с согласия и благословения родителей, а вскоре на свет появилась эта девочка. Йолин. Моя погибель…

Я явился к ней в облике черного пса – она играла в саду с другими детьми. Она единственная не испугалась меня, она протянула ко мне руки, погладила мою жесткую шерсть и залепетала: «Пёсик, пёсик!.». Мне стоило лишь немного повернуть голову, сомкнуть челюсти – и я был бы свободен от пророчества. Но я взглянул на её золотые кудряшки, заглянул в золотисто-карие глаза – и не смог… Я – не смог! «Потом, – малодушно пообещал я себе. – Я сделаю это позже. У меня ещё много времени. Убивать ребенка – это низко. Я подожду, пока она вырастет!»

И с того самого дня я неотрывно наблюдал за нею. Я знал о каждом её шаге, я видел, как она растет, как становится всё красивее…

В следующий раз я наведался к Йолин, когда ей исполнилось десять. Сидя в беседке, она старательно заучивала какой-то текст и ничуть не испугалась большого черного ворона, неожиданно севшего на перила.

– И дитя любви и света погубит проклятие рода человеческого… – выговаривала она, и я невольно вздрогнул – Йолин учила наизусть слова того самого пророчества.

Интересно, знает ли девочка, что это именно она – дитя любви и света?

– А что это – проклятие рода человеческого? – спросила она старика-учителя, мирно дремавшего в кресле-качалке.

– Так иносказательно именуют могущественного чародея, – проговорил старик, воздевая корявый указательный палец. – Потому как деяния его приносят только смерть и разрушения людям, а сам он – истинное проклятие! Рожден он в беде и на беду – так гласит пророчество!..

Я рассмеялся – в нынешнем моем облике это прозвучало как хриплое карканье. Как же любят люди такие речи! Однако малая толика истины в пророчестве всё же есть…

Мать моя была знахаркой, и в жилах её имелась капля крови лесного народа. Отца своего я не знал и предпочел бы никогда и не знать. Впрочем, нет, когда-то я хотел увидеть его – только для того, чтобы прикончить: наемники, забредшие в домик знахарки, отблагодарили её за лечение тем, что изнасиловали её втроем, а утром вновь отправились в путь. Как ни умела была моя мать, как много трав ни знала, она так и не смогла избавиться от меня. Вот уж поистине – я был рожден в беде…

Мать никогда не любила меня, да и немудрено. Однако ж знания свои она передала мне – больше детей у неё не было. Впрочем, становиться знахарем я не пожелал. Похоже, от неизвестного отца передалась мне страсть к дальним странствиям, а слабенькие магические способности, доставшиеся моей матери в наследство от лесного народа, во мне расцвели буйным цветом.

Много лет я приумножал своё мастерство, искал тех, кто готов был поделиться со мной знанием, а до многого дошел и своим умом… В конце концов я облюбовал себе славное местечко на берегу большого озера, где и поселился в старинном замке, желая только одного – чтобы меня оставили в покое и дали заниматься своим делом. Не тут-то было. То ли на мои угодья положил глаз ещё кто-то, то ли сам факт присутствия сильного мага неизвестных политических воззрений в месте, где сходились границы сразу трех королевств, не давал людям спать спокойно, но оставлять меня в покое они не намеревались. То рыцарь, то колдун, а то и целая армия тех и других наведывались к моим стенам. Приходилось отвлекаться и тратить время на то, чтобы избавиться от них. А то, что я никогда не отличался терпением и не любил долго и нудно уговаривать всех этих идиотов отправиться по домам, а пользовался куда более радикальными и эффективными методами, вскоре привело к тому, что меня назвали проклятием рода человеческого.

Так прошло немало лет. Я почти не старею, отчасти благодаря крови лесного народа, отчасти благодаря своей магии. (Выглядеть, впрочем, я могу, как пожелаю, но это уже другой вопрос.) Но вот появляется очередной безумный пророк, и, как результат, – пророчество на мою голову. Я-то уж было понадеялся, что меня оставят-таки в покое!

И вот теперь я сижу и терзаюсь мучительными раздумьями. И чем больше я думаю, тем яснее понимаю – я не смогу убить Йолин. Не смогу – и всё тут. Ни сейчас, ни когда она достигнет совершеннолетия… А значит – я неминуемо погибну. И вовсе необязательно самой златокудрой Йолин проникаться необходимостью спасти мир от меня, брать в хрупкие руки меч и скакать на битву со мной. Вовсе нет. Вполне может случиться и так: какой-нибудь рыцарь влюбится в неё до безумия и отправится сражаться со мной, чтобы добиться расположения красавицы. И по нелепой случайности – скажем, я споткнусь о камень – он сможет убить меня. Или даже я наткнусь на собственный клинок… Вот и всё. Это ведь настоящее пророчество, а они всегда сбываются. Что ж, даже любопытно будет посмотреть, как долго я смогу противостоять ему!

Я навещал Йолин так часто, как только мог. Я приходил к ней и черным псом, и вороном. Она привыкла, что черный дрозд часто поет на её окне. Однажды я почти неделю прикидывался вороным конем, на котором она училась ездить верхом. (Это было бы чудесно, если бы не хлыст и шпоры…)

Она росла красивой, моя Йолин, красивой и умной. И доброй. И сильной духом. Такой, какой и должна быть настоящая принцесса, дитя любви и света. Та, которой предстоит покончить с проклятием рода людского…

Я за эти годы успел заполучить с десяток свежих шрамов, ещё немного седых волос и ослеп на левый глаз. Нет-нет, это произошло не в бою, как можно подумать. Просто в моей лаборатории во время одного из опытов очень неудачно взорвалась реторта. Но это пустяки – зрение восстановится, это лишь вопрос времени. Даже интересно, как долго будет длиться регенерация… если, конечно, мне хватит времени. До совершеннолетия Йолин оставалось два года…

Йолин – моя Йолин, как я привык её называть, – блистала умом и красотой чуть ли не на полмира. Она уже знала о своей миссии, и старалась соответствовать своему предназначению, как могла.

Я завел себе сторожевого дракона – совсем одолели ненормальные рыцари. Это моё новшество отчего-то страшно обозлило правителей трех королевств, но предпринимать большого похода на мою твердыню они не стали. Ждали совершеннолетия Йолин, полагаю. И я ждал…

Как-то я снова прилетел к её окну. Йолин выглядела грустной и усталой.

– Здравствуй, птица, – сказала она мне, протягивая руку. Я позволил ей коснуться своих перьев. – Хорошо тебе, птица… Живешь себе, ни о чем не думаешь. А я вот…

Йолин отвернулась от окна. На столе громоздилась кипа пыльных фолиантов.

– Они говорят, я должна покончить с проклятием рода человеческого, – произнесла она. – А я даже никогда не видела этого человека. Если это человек, конечно… Все только твердят, твердят о его злодеяниях, но знаешь, птица…

Йолин забралась на широкий подоконник, обхватила колени руками.

– Я читала старинные летописи, – сказала она. – И везде – одно и то же: «и собрал храбрый король войско, и отправился к черному замку…» или «испросил доблестный рыцарь благословения и поскакал на бой с порождением тьмы…» И ведь нигде ни разу даже не упоминается о том, что этот черный маг хоть однажды первым развязал войну!.. Знаешь, птица, у меня сложилось впечатление, будто он просто хочет, чтобы его оставили в покое…

1
Перейти на страницу:
Мир литературы