Выбери любимый жанр

Девять королев - Андерсон Карен - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

– Твой легион, части Двенадцатого и вспомогательные пока остаются на Валу, – снова заговорил Максим. – Пикты сами по себе меня не слишком беспокоят. Крысиное племя. Выползут из своей смрадной норы, цапнут что под руку попадет, получат трепку и уползут в нору зализывать раны – на большее они не способны. Но с ними стали подниматься и скотты, а это зверь совсем другой породы. – Его лицо исказила злобная гримаса. – А мутят воду из Ибернии, кто-то очень сильный и очень хитрый. Терпеть не могу неожиданностей, тем более когда они случаются у меня за спиной. Впрочем, меня редко кому удавалось застать врасплох, – Максим ухмыльнулся и сделал глоток вина.-Я и сейчас успею подготовиться – до весны здесь обычно затишье. Пусть регулярные возвращаются в лагеря. Зима – не время для долгих маршей, но люди будут только рады. А ты, Грациллоний, отправишься с Кунедагом. По дороге встретишь солдат из легиона Валерия и старых друзей из Второго. Но учти: нужно, чтобы Кунедаг добрался до места. Целым и невредимым. Для этого ты обязан будешь сделать все.

– Командующий может объяснить, для чего это нужно?

– Я уверен, ты легко справишься с поручением, – уклонился от ответа Максим.-Осведомители докладывают, что большинство кланов готово принять Кунедага. Ты не рекрут и не первый день в армии. Ты не хуже меня знаешь, как нелегко в Британии насадить порядок. Соблюсти закон. Покарать виновного и защитить беззащитного. От тех же скоттов. Или от доморощенных головорезов. И пока у меня за спиной… – Он оборвал себя на полуслове. – Кунедаг обладает немалой властью. Как политической, так и военной. Он друг Рима. Мне нужно, чтобы он добрался до ордовиков, – повторил Максим. – У ордовиков не задерживайтесь. Как только Кунедаг даст команду, быстрыми переходами уходите в Иска Силурум. Тебе все понятно?

– Понятно, – ответил Грациллоний. – Но не все.

– Хорошо, узнаешь больше. Ты получишь точные инструкции. Кстати, – Максим опять улыбнулся, – тебе представится случай присмотреться к Кунедагу. Сегодня, за вечерней трапезой.

Иногда легче выхватить меч и броситься на врага, чем выговорить одно-единственное слово в мирном разговоре.

Грациллоний собрался с духом и сказал:

– Сожалею, но я не могу принять приглашение командующего.

Максим приподнял бровь: – Как?

– Сегодня святой день. Мне не должно разделять трапезу ни с кем, кроме братьев в Боге, после свершения Таинств.

– Вот оно что, – Максим замолчал и некоторое время смотрел на него невидящим взглядом. Потом заговорил, с холодным презрением роняя каждое слово: – Я и забыл. Ты язычник.

– Я не поклоняюсь Юпитеру, если это имеет в виду командующий, – чаша терпения переполнилась. Грациллоний едва удерживался, чтобы не вспылить – и тем погубить себя.

– Ты поклоняешься Митре. А это запрещено. Ради спасения твоей же души, разумеется. После смерти гореть тебе в вечном огне, если не сменишь веру.

К лицу Грациллония прилила кровь.

– Мы смиренно надеемся, что командующий не намеревается закрывать наши храмы…

Максим вздохнул.

– Что ж, тебе решать, тебе решать. Командующий не намеревается закрывать ваши храмы. Сейчас, по крайней мере. Вот и Парнезий такой же упрямец. Но он хорошо служит Риму. Как ты и, в меру своих слабых сил, как и я. Лучше отопьем вина за процветание Столицы мира, Матери городов. За Вечный Рим!

Вино оказалось превосходным. Хорошего вина Грациллоний не пил давно: по пути к дальним гарнизонам оно безнадежно прокисало. С непривычки у центуриона закружилась голова. Максим опустил кубок, нахмурившись и блуждая взглядом по комнате. Он словно высматривал что-то в жавшихся по углам тенях.

– Кому же и позаботиться о больной матери, если не ее детям. Ты когда-нибудь был в Риме? Нет?… Для Матери нашей наступили плохие дни. По улицам Вечного Города бродит больше призраков, чем живых людей. Император предпочитает править из Милана, из Августы Треверорума, отовсюду… Только не из несчастного, покинутого Рима. Цезарь Западной империи… Нет, у нас ведь теперь два Цезаря. Одним, как тряпичным паяцем на ярмарке, вертят франки, другой – подкаблучник у своей августейшей мамаши. Весь Константинополь падает ниц, когда выезжает Август Востока… А на Западе они разделили власть и империю. И империя осталась без власти. Пять лет как длится полоса несчастий… Пять лет как готы разбили легионы под Адрианополем. Ты слышал об этом, центурион? Император Валент пал на поле боя. Теперь Феодосий, преемник, покупает дружбу варваров, арианских еретиков, поганых язычников. И расплачивается римским золотом… Господь Бог услышит наши молитвы, Рим! Час твоего избавления грядет! – Последние слова Максим почти выкрикнул. И тотчас же овладел собой. Отхлебнув вина, он поднял кубок к глазам и улыбнулся Грациллонию: – Будь спокоен, центурион. Я умею ценить преданных людей. Я уверен, что ты достоин большего, нежели сопровождать одних варваров к другим. Хотя бы эти варвары и были вождями. Считай, что это испытание, и если ты с ним справишься, а я надеюсь, справишься… – он опять задумался. – После того, что я услышал от Парнезия, я стал собирать сведения о тебе. Своими путями. И все-таки хотел бы услышать от тебя самого: что ты за человек?

– Самый простой солдат, – смущенно ответил Грациллоний.

Командующий, оживившись, выпрямился на стуле, положил ногу на ногу и, обхватив лодыжку, почти пропел:

– Вот уж нет, не так ты прост!

Поза была недостойна римлянина. Так мог бы сидеть варвар. И Грациллоний почувствовал укол неприязни к Максиму.

– Нет, солдат. Не за выслугу лет тебе вручили жезл центуриона. Мне доложили, что ты отличился там, на севере.

– Я исполнял свой долг. Если приходили скотты или пикты – мы встречали их. Еще – патрульные объезды, наряды по лагерю, караулы.

– Хм… Я слышал историю о молодом легионере, с риском для жизни вытаскивавшем детей из горящего дома. Кто это был? Не ты ли? И этот же храбрец всегда ладит с местными, будь то родственники ему – белги, силуры – или дикари.

– Я родом из Британии, как известно командующему.

– Знаю… Как знаю и то, что ты из регулярных войск, а не из вспомогательных. И почти тезка императору Грациану.

Грациллоний с трудом заставил себя промолчать. Сравнить его славный род с этим скифом, сластолюбивым распутником, в котором от римлянина осталось только имя!

– Простое совпадение, – ответил он. – Я из белгов. Мы жили у Южного моря еще до правления Клавдия. Мои предки давно носят латинские имена. Но наши корни здесь, в Британии.

Разговор явно занимал Максима.

– Все твои предки – белги? Такое редко бывает. Вы не роднились с другими племенами?

– Я из рода воинов, командующий. Мои предки привозили жен из Испании, Дакии, из племени нервиев. А также из Галлии.

Максим с серьезным видом кивал головой.

– Интересно, интересно… Твой дед отличился на военном поприще, верно? А твой отец занялся торговлей и тоже преуспел. Он много ходил по морю, а мореходу требуется немалая ловкость. Все эти приливы, отливы; а еще нужно уметь драться, ведь моря кишат пиратами, – видно было, что командующий всерьез заинтересовался скромной персоной младшего офицера. Откуда ему могут быть известны такие подробности? Только от Парнезия. Допрос продолжался: – Твой отец торговал с Арморикой, верно? И всегда брал тебя в плавание.

– Да, я помогал отцу с двенадцати лет. А в шестнадцать я вступил в армию, – ответил Грациллоний.

– Расскажи мне об этом. О ваших путешествиях.

– Сначала мы шли на юг, огибали Британию, брали попутные грузы, потом через пролив – в Галлию, до самого Гезориака, потом – на запад. Торговали. Иногда сходили на берег, в Кондат Редонуме, Воргие… – Как бы ему хотелось вернуть эти времена!

– Вы заходили в Ис? – Вопрос был задан неожиданно резким тоном.

– В Ис? – Грациллоний растерялся. – В Ис… нет… Почему вы спрашиваете?

– Оставим пока. Ты знаешь галльские языки? Те, что в ходу на западной оконечности Арморики?

– Когда-то знал, давно, – Грациллоний начал понимать, куда клонит командующий. – Думаю, смогу вспомнить. Они не очень отличаются от языков южной Британии. У нас в доме была женщина из думнониев. Няня. – Делиться воспоминаниями почему-то расхотелось. – Присматривала за нами, когда мы были маленькими. Нашего языка она не знала. Потом я ее не видел. Надеюсь, еще жива. Ее звали…

3
Перейти на страницу:
Мир литературы