Выбери любимый жанр

Семейное Рождество - Бэлоу Мэри - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Мэри Бэлоу

Семейное рождество

— Итак? — c нетерпением спросила леди Тэмплер, наблюдая за тем, как дочь сворачивает письмо и кладет его на стол рядом с тарелкой.

— Мистер Чэмберс собирается приехать на Рождество, — ответила Элизабет, расправляя на коленях салфетку.

— Сюда? В Уайлдвуд-холл? — Ее мать выглядела ошеломленной. — Это страшно неудобно!

— Это его дом, мама, — напомнила Элизабет.

— Его отец приобрел этот дом как трофей, — презрительно сказала леди Тэмплер, как будто это отменяло тот факт, что дом был собственностью ее зятя. — Он думал, что это введет его в ряды светского общества и отобьет исходящий от него вульгарный запах торговли. И чтобы быть уверенным наверняка, купил респектабельную невесту для сына. Знаешь, Лиззи, у его сына может быть и дом, и жена, но он все равно будет таким же торговцем, как и его отец. Он — пятно на репутации семьи. Теперь я всем сердцем жалею, мы пригласили всю семью праздновать Рождество сюда, но менять наши планы уже слишком поздно. Завтра начнут прибывать гости. Как же досадно, что и мистер Чэмберс тоже здесь будет.

«Мы? — подумала Элизабет. — Наши планы?»Именно ее мать пригласила всех и каждого в Уайлдвуд. Она написала приглашения и разослала их даже прежде, чем Элизабет узнала о ее планах относительно Рождества в кругу семьи.

Элизабет вновь свернула свою салфетку, положила ее рядом с тарелкой и поднялась. Она ничего не съела, но у нее пропал аппетит. Мистер Чэмберс приедет домой.

— Ты извинишь меня? — спросила она. — Есть масса дел, которыми я должна заняться.

— Оставь их мне, Лиззи, — твердо сказала ее мать. — Ты же знаешь, что я куда более опытна в вопросах управления прислугой и организации больших приемов.

Элизабет улыбнулась ей, но не села обратно. Она вышла из комнаты и прямиком направилась в детскую. Время кормления Джереми еще не наступило. Для начала ей действительно нужно было заняться делами, о которых она говорила, но ей требовалось время, чтобы прийти в себя. Письмо расстроило ее. Как и неприкрытое презрение, которое проявляла ее мать к мистеру Чэмберсу. Лорд и леди Тэмплер прибыли в Уайлдвуд в августе, чтобы быть рядом с дочерью во время родов в сентябре, и до сих пор не вернулись к себе домой. Леди Тэмплер взяла на себя управление домашним хозяйством, и с тех пор все шло гладко.

Элизабет не могла спорить с тем, что сказала мать по поводу своей большей компетентности. И все-таки как же ей хотелось вернуть свой дом назад, даже если она была менее опытна в управлении таким большим хозяйством. Но как она могла расстроить мать? Лиззи никогда не могла настоять на своем.

И теперь все ее дяди, тети, кузены, а также брат с женой и сыном приедут на Рождество — и мистер Чэмберс тоже. Она действительно не ожидала, что он приедет. Элизабет даже не написала ему о запланированном матерью Рождестве в семейном кругу, на которое она согласилась лишь потому, что было легче позволить леди Тэмплер делать то, что она хочет, чем пытаться с ней бороться.

Няня ребенка шила, сидя у окна. Элизабет подняла руку, показывая, что вставать не нужно. Джереми лежал в кроватке и тихо что-то лепетал, но не плакал.

Она наклонилась к нему, улыбнулась и заворковала, взяв на руки. Она просто не могла сопротивляться желанию обнять его — он был такой мягкий и приятный! — хотя мать сразу же после его рождения предупредила ее, что она испортит ребенка, если будет уделять ему слишком много внимания. Если любовь может испортить ребенка, то пусть так и будет.

Это был ее маленький бунт против матери.

Мистер Чэмберс едет домой. Эдвин. Она беззвучно прошептала его имя. Она никогда не произносила его вслух — только во время их свадебной церемонии. Ее мать с таким презрением говорила об отце мистера Чэмберса, который пытался проложить дорогу в высшее общество, купив для сына дочь виконта. Однако, с горечью подумала Элизабет, мама стремилась к этому браку ничуть не меньше, и папа не возражал. Брачный контракт позволил им оплатить огромные семейные долги — результат долгих лет азартных игр и расточительства. И тогда, казалось, не имело значения, что отец мистера Чэмберса был безродным торговцем и говорил с заметным акцентом кокни. Значение имело только то, что он был богат, как Крёз. В душе они, конечно, считали ниже своего достоинства выдавать дочь замуж за его сына, но нужно было чем-то жертвовать, если они хотели поддерживать тот образ жизни, который соответствовал их высокому положению.

Этой жертвой и стала Элизабет. Ее выдали замуж за мистера Эдвина Чэмберса чуть больше года назад, в начале декабря, за две недели до того, как старший мистер Чэмберс умер от сердечного приступа. В течение этих двух недель был зачат Джереми. После похорон отца мистер Чэмберс-младший оставил жену в огромном поместье, которое чуть меньше года назад приобрел его отец, и вернулся в Лондон, чтобы управлять семейным бизнесом. С тех пор она видела его лишь однажды. Он приехал в Уайлдвуд после рождения сына в сентябре. Он каждый день навещал ее, оставаясь в спальне не более десяти минут, но даже во время этих кратких визитов всегда присутствовала ее мать, которая руководила беседой, сознательно выбирая темы, которые, казалось, предназначались только для Элизабет и исключали зятя из разговора или же требовали от него только односложных ответов. Он вернулся в Лондон меньше чем через неделю, лишь коротко попрощавшись с Элизабет — опять же в присутствии ее матери.

Ее супруг был жестким, гордым, лишенным чувства юмора, мрачным человеком. Он действительно был красив как грех: светлые волосы, правильные черты лица и подтянутая фигура, — но не обладал ни характером, ни душевной теплотой, которые могли бы вызвать хоть малейшую привязанность. Он ужасно разочаровал Элизабет. Несмотря на это, он был ее мужем, и ей было неприятно слышать, как мать принижает его. Когда няня вышла, чтобы принести еще вещи для починки, Элизабет села и положила ребенка на колени. Она держала его за щиколотки и поочередно поднимала ножки, чтобы поцеловать нежные ступни.

— И он твой папа, мой драгоценный, — сказала она вслух. — Он приедет домой на Рождество.

Джереми надул пузырь.

Возможно, думала она, если он останется на неделю или две, он вновь оставит ее в положении. Это была не такая уж неприятная перспектива. Джереми придал смысл ее одинокой жизни. Еще один ребенок мог еще больше оживить ее существование. Только процесс ее немного пугал. Он не был с ней груб в те две недели после свадьбы. Он делал только то, о чем ее предупреждала мать.

Это даже не было болезненно, за исключением первого раза. Но бесстрастность всего этого охладила и унизила ее.

— Но знаешь, что я скажу, — обратилась Элизабет к сыну, взяла его маленькие ручки в свои, захлопала в ладошки, и Джереми заагукал в ответ. — Ты стоил каждой минуты этого. И твой брат или сестра тоже будут стоить этих минут.

Было даже странно, что иногда она жаждала того, что оказалось для нее таким разочарованием.

* * *

Иногда Эдвин думал, что, возможно, слишком сильно любил отца, который в свою очередь любил его всем своим щедрым сердцем. Мистер Чэмберс-старший многие годы трудился не покладая рук, чтобы быть уверенным, что его сын сможет вести жизнь обеспеченного джентльмена. У Эдвина был высокооплачиваемый учитель, и позднее он пошел учиться в одну из лучших школ Англии, а затем и в Кембридж. Фактически у него были все общественные блага и возможности для образования, которые можно было купить за деньги, равно как и море любви.

Уайлдвуд-холл был куплен для него. Как и его жена, которая должна была открыть ему дорогу в высшие слои общества, в котором он не был рожден, но для которого был воспитан. Если можно умереть счастливым, то, несомненно, мистер Чэмберс-старший так и сделал.

Счастливым сделал его сын, который позволил воспитать себя человеком, которым он предпочел бы не быть, поместить себя в мир, в котором он предпочел бы не жить, с женой, которую не выбирал.

1
Перейти на страницу:
Мир литературы