Выбери любимый жанр

Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы - Славачевская Юлия - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

— Бывает! — горделиво заверила я ее. — У нас бывает все!

— Кошмар! — выродила из себя Светка и грохнулась в обморок, минуя подставленные руки Дениса, потому что глазами он пожирал Иалону.

— Денечка, — хихикнула я, — ты, когда одну девушку ловишь, от другой глазки лучше все-таки отлепляй!

— А? — У нас сегодня праздник косноязычия. Кому достанется главный приз?

— Илоночка, ты такая красивая в свадебном платье! — вдруг заявила принцесса, внося следующую нотку диссонанса в наш сумасшедший дом. В данной ситуации комплимент прозвучал нелепо и двусмысленно. Но приятно все равно.

— Спасибо! — зарделась я и с удовольствием посмотрела на мужа, а муж с неудовольствием посмотрел на Иалону.

Та сообразила что-то и выдала:

— Поздравляю!

— Спасибо! — порадовалась я за ее сообразительность.

Братик в этот момент был занят, приводя в чувство нашу мегаворожку, получившую нежданно-негаданно экзотический тур в другой мир и удар головой об асфальт… простите, об пол.

— И вас поздравляю, Кондрад Дорсетский! — Тут Иалона вспомнила о своих обязанностях и напыжилась от важности. Муж от нее не отставал, тоже приосанился и надулся, как индюк:

— Благодарю вас, ваше величество Иалона, королева Лайе!

А! Точно, ее теперь, наверное, уже на царство помазали. Или нет? Не знаю, можно ли у них незамужним девушкам становиться королевами. Точно! Кондрад же сбежал ко мне, а больше запрещать вроде некому! Я пригляделась: диадемка принцессы сменилась более массивной конструкцией. Похоже, благоверный угадал.

— Если вы уже обменялись любезностями, — немедленно влезла я в их милую царскую беседу (точнее, мини-сражение скорпионов), — то, может, нас просветят, по какому поводу мы тут собрались и зачем было нервировать моих родителей?

Муж сложил руки на груди и открыл рот, собираясь поддержать меня массированным огнем.

Юная королева сделала выводы и смиренно потупила глаза, будто стыдясь. А я так и поверила!

— Если это такое своеобразное похищение невесты, — продолжила я прочувствованный спич, — то зачем прихватили столько народу? Для компании?

— Мне помощь нужна, — еле слышно прошептала Иалона, умоляюще прижимая руки к необъятной груди.

— Опять замуж неволят? — весело фыркнула я. — Может, тебе просто заказать пояс целомудрия и выкинуть ключ — выйдет проще и дешевле. И меня с мужем по пустякам дергать перестанешь?

— Я из дворца выйти не могу! — подняла на меня сестренка умоляющие голубые очи, пустив горючую слезу.

Ого! Как ее проняло!

— Тебе шлейф поддержать некому? — поразилась я. — Обеднела?

— Да нет! — позабыв о царской важности и значимости, как простая селянка, всплеснула руками венценосная особа, шмыгая хорошеньким носиком. Королева произнесла трагическим шепотом: — Нас осадили! Никто не может покинуть дворец!

Мы с мужем взревели в один голос:

— Опять?!

У меня со словом «осада» и этим местом наметились совсем другие ассоциации. Но тоже малоприятные. Положительным пятном в том эпизоде оставался лишь голый мужчина в наручниках и наш первый поцелуй. Я поневоле немножко засмущалась. У Кондрада тоже в голове что-то щелкнуло. Он бросил на меня многозначительный взгляд и совершенно неуместно улыбнулся, игриво подмигивая.

Денис нашарил большущий клетчатый платок в нагрудном кармане пиджака и теперь разрывался: то ли помахать им над Светкой, то ли протянуть второй даме для утирания соплей.

Иалона долго гипнотизировала синеглазого блондина. Не помогло. Королева не дождалась верного рыцаря с простыней и, деликатно вытянув кружевную тряпочку из декольте, аккуратно утерла припухший носик.

— Осмелюсь вас спросить, дорогая королева, — теперь уже мой муж вспомнил, что он обладатель нескольких престолов и, следовательно, должен быть всегда и во всем первым, — в чем заключается проблема?

Я опять залюбовалась гордым профилем и сама себе позавидовала.

— Моя проблема заключается в этом! — поджала пухлые губки Иалона, изящным жестом гневно указав в окно. Чуть ножкой не топнула, венценосная наша. Аж кринолин заколыхался.

Вовне царил приятный полумрак. Я даже вначале подумала, что в Лайе наступил вечер. Решив удовлетворить законное любопытство, мы подошли к окну, забранному с внешней стороны мощной решеткой витиеватой ковки.

Да-а-а… Неба увидеть не удалось. В смысле, чисто теоретически — небо было голубое, обычное, и ярко светило солнышко, но там слонялось столько неопознанных летающих объектов… впору вызывать Малдера и Скалли.

Пока наша дружная компания старательно откапывала в багаже сведений название странных существ с черными крыльями, хвостом и громадными когтями, одна из таких «птичек» подлетела к окну и вцепилась полуметровыми нечищеными зубками в решетку. Решетка ходила ходуном, словно была сделана из тонкой медной проволоки. На мой взгляд, она просто чудом не вырвалась, хотя страшно прогнулась. Зрелище было жуткое. Меня проняло до самых глубин.

— Почто животинку не кормите? — невольно передернувшись, громко возмутилась я. — Вон как пернатое оголодало! На всех кидается! Это негуманно. — Обернулась к Иалоне и вполголоса заметила: — Или прибейте, чтоб гадина не мучилась, или покормите как следует, чтоб отстала!

— Мести! — прохрипела помесь бульдога с носорогом, продолжая с легкостью трощить железяку, будто овчарка мосол.

— Подождите, пожалуйста! — вежливо ответила я, не рискуя понапрасну злить мутировавшую птичку, которая впридачу ко всему оказалась еще и говорящей. А тварь упорно не затыкала свой фонтан красноречия и продолжала изрыгать лозунги:

— Крови! Справедливости!

— Эй, и что вы будете со всем этим делать? — скромно полюбопытствовала я. — У вас завелся ручной вампир? Или вы решили открыть медицинский пункт скорой помощи?

Кажется, слова «вампир» местные не поняли. Как и насчет медицинской помощи.

В тот самый момент, когда я собиралась задать крылатому чуду-юду следующий вопрос, вовремя очнувшийся супруг внезапно оторвал меня от переговорного процесса и со словом: «Горгульи!» — сунул себе за спину, полностью скрыв обзор.

Если это из разряда «кина не будет», то зря надеялся! У нас равные права! Хотя… здесь… и с горгульями… Может, в отношении феминизма я слегка погорячилась? Стоит дать кесарю кесарево, то есть воину сечу? А самой за спиной мужа отсидеться в холодке?

Но я же его люблю? ЛЮБЛЮ!

Значит, права равные!

— И что? — назрел у меня насущный вопрос. — Ты думаешь, за твоей спиной эта миленькая страхолюдная зверюшка меня не найдет?

— Нет! — рявкнул муж и захлопал по себе в поисках меча.

Ага. Надо полагать, эта железяка завалялась ненароком у него в кармане праздничного смокинга. Так, на всякий случай, вдруг в зубах понадобится поковыряться…

— Зря надеешься, любимый. — Я на глазок прикинула ширину его спины, потом спустилась ниже, к ногам, и выяснила одну очень интересную вещь. Этим открытием я ликующе поделилась: — Платье видно. Его нужно обязательно снять в целях конспирации.

— Ого! — обрадовалась зверюшка и попыталась засунуть морду между прутьями решетки. — Покажь!

— Что?! — неслабо возмутился Кондрад. — Еще чего! Только через мой труп!

— Щас сделаем! — потер в предвкушении лапки гибрид орла и крокодила. — Подходи!

— Я те сделаю! — проявила я характер, высовываясь из-за спины супруга и грозя зубастой харе кулачком. — У меня медовый месяц, между прочим…

Горгулья пригорюнилась и в отместку снова потрясла решетку с истошным воплем:

— Крови! Мести! Справедливости!

Ага! Крики с маевки! Лозунги Французской революции скоммуниздили. Там было похоже: «Свобода. Равенство. Братство». Последнее, правда, Наполеон вскоре переделал. Очень уж текст мозолил ему глаза, пока он, будучи полководцем, преспокойно косил этих самых «братьев» направо и налево. Кстати, красавец метр-с-кепкой потом навечно затесался в медицинские анналы под заголовком «Комплекс Наполеона». Это чудное явление мой Денька еще «комплексом Бога» именовал, то бишь бедолагу Наполеона существенно повысили.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы