Выбери любимый жанр

Дружба творит чудеса. Иллюзии и ложь (Текст адаптирован Элизабет Ленхард.) - "W.i.t.c.h" - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

— Ладно, парни, пошли, — скомандовал Урия своей шайке. — Продолжим разговор в другой раз.

И шпана удалилась. Глядя им вслед (точнее, глядя вслед Найджелу), Тарани почувствовала, как на плечо ее легла маленькая легкая рука.

— Тарани, ты как? — спросила Хай Лин. В ее глазах, обычно веселых и радостных, читалась тревога. — Они к тебе приставали?

— Всё уже в порядке, — ответила Тарани с благодарной улыбкой. В какие бы передряги она ни попадала в последнее время — начиная от опоздания на урок истории и заканчивая пленом в темном мире Меридиана, — появлялись подруги-чародейки и помогали ей справиться с бедой. Тарани знала, что может положиться на них в любой ситуации.

Вернее, почти в любой.

— Ребята просто выпускали пар со злости, — объяснила Тарани, глядя на спешащих прочь членов банды. Найджел держался позади всех.

Потом и вовсе остановился. Тарани увидела, как он перевел дыхание, отбросил с глаз непослушную шелковистую прядку волос и обернулся.

Он смотрел прямо на Тарани!

Чародейка снова поймала его смущенный взгляд.

С бешено колотящимся сердцем девочка соображала, что же делать. Она знала, как поступила бы прежняя Тарани — прикрыла бы лицо фотоаппаратом. Или быстро юркнула бы за дерево и уткнулась носом в книгу. Она поступила бы так же, как поступают потревоженные бабочки — постаралась бы упорхнуть прочь.

Но теперь всё по-другому. Она ощущала внутри себя силу Огня. К тому же рядом была верная подруга Хай Лин.

В общем… Тарани улыбнулась Найджелу — разумеется, не до ушей, но (как она надеялась) достаточно широко, чтобы он понял — она к нему неравнодушна.

Найджел улыбнулся в ответ. А потом помахал ей рукой! Наконец он с явной неохотой отвернулся и поплелся за своими приятелями.

Тарани на миг прикрыла глаза. У огненной чародейки было ощущение, будто она только что проглотила ложку меда, а потом ложку горчицы! Разве можно одновременно испытывать радость и досаду? Не говоря уже о тоске…

— Да, — со вздохом сказала она Хай Лин, — всё уже в порядке, если не считать одной маленькой проблемы… Где мне теперь отыскать бабочку?

Глава 2

Корнелия Хейл грациозно опустилась на стул и открыла учебник истории. Долистав его до седьмой главы, она аккуратно разгладила страницы, чтобы книга не захлопывалась, а потом окинула взглядом класс.

Перед ней разыгрывалась обычная утренняя сценка. На первые уроки школьники всегда тащились как на каторгу. Рюкзаки плюхались на пол у парт с глухим стуком. Ребята широко зевали, забрасывали в рот мятные драже для свежести дыхания и, конечно, продолжали болтать и сплетничать.

Донни Липштиц, всегда являвшийся на занятия последним, допил остатки газировки из банки и вошел в класс. Смяв банку, парень нахально развалился на своем стуле.

Не хватало только одного человека, — заметила Корнелия, — а именно Вилл. Если уж

Донни Липштиц заявился на урок раньше Вилл — это дурной знак.

«Кажется, я открыла еще одну неизвестную сторону Вилл, — язвительно подумала Корнелия. — Она трудный подросток и не любит соблюдать правила».

С того самого дня, как они познакомились, Корнелия пыталась подобрать для Вилл подходящую характеристику. С остальными подругами было проще: Ирма была «своей в доску девчонкой», которая постоянно норовила довести Корнелию до белого каления. Тарани была робким голосом разума. А Хай Лин — миротворцем, улаживавшим спорные и щекотливые ситуации. Она делала это с улыбкой и порой в знак примирения рисовала маркером у подруг на ладонях «татушки».

Но Вилл… Вилл не укладывалась ни в какую схему. Сначала она казалась типичной закомплексованной тихоней. Только-только переехав в Хитерфилд и тяжело переживая развод родителей, Вилл выглядела бледной и испуганной. Она была вся напряжена, как тетива лука, и чувствительна, как оголенный нерв. И в ней не было заметно никаких лидерских качеств. Однако Оракул назначил лидером команды Стражниц и хранительницей Сердца Кондракара именно ее. Корнелия поначалу не желала подчиняться своей маленькой рыжеволосой подружке. Да и сама Вилл не ощущала в себе сил для руководства.

Но со временем напряженность Вилл стала пропадать. Возможно, это Сердце Кондракара, ждавшее своего часа в теле Вилл, придало ей уверенности и мудрости. Сила Вилл не раз выручала чародеек, когда те оказывались в затруднительном положении.

Все еще сомневавшейся Корнелии вскоре пришлось признать, что в Вилл, видимо, все-таки присутствует какое-то самое важное качество, которое необходимо для управления их маленьким клубом спасателей Вселенной.

«Наверное, это качество в ней есть, — размышляла Корнелия, стаскивая колпачок со своей любимой ручки. — А может, и нет. Чувства в ней часто берут верх над разумом. Похоже, сегодня какие-то чувства помешали ей вовремя прийти на историю…»

Корнелия знала, что Вилл опаздывает не из-за того, что проспала или все утро дрессировала свою ручную белку. Нет, все дело было в учителе истории, мистере Коллинзе, с которым начала встречаться мама Вилл!

Корнелия даже представить себе не могла, каково это, когда твои родители разводятся и ты должна переехать в другой город. Не говоря уж о том, чтобы ее мама влюбилась в учителя! Корнелия с родителями жила в одной и той же квартире всю свою жизнь. Чародейке часто досаждала маленькая оторва, ее младшая сестрица Лилиан, но даже она была неотъемлемой частью семьи…

В общем, жила себе Корнелия тихо и спокойно, а потом вдруг стала волшебницей. У нее прорезались крылья, она научилась одним мановением руки выращивать деревья и щелчком пальцев проделывать дыры в каменных стенах. Ей даже доводилось путешествовать через астральные проходы в далекий дикий мир.

Подумать только, когда-то Корнелии казались сложными обычные подростковые проблемы!.. Сказать, что с появлением магических способностей ее жизнь изменилась — значит ничего не сказать!

«Но Вилл приходится намного хуже, чем мне, — посочувствовала подруге Корнелия. — Только вообразите себе, каждый день видеть на уроках маминого ухажера! Я бы этого не пережила!»

Словно в подтверждение этих мыслей под пронзительное дребезжание звонка в класс вошел мягкий и интеллигентный мистер Коллинз. Корнелия скользнула взглядом ему за спину, в коридор — Вилл нигде не было видно!

В довершение всех бед сегодня мистер Коллинз выглядел вовсе не таким мягким и интеллигентным, как всегда. Его рыжеватые усы воинственно топорщились, а глаза блестели странным жестоким блеском.

— Доброе утро, ребята, — произнес мистер Коллинз, пробежав взглядом по рядам зевающих учеников. Те по обыкновению никак не отреагировали на появление учителя — разве только убавили громкость болтовни. Теперь они не орали через весь класс, а перешептывались. — Располагайтесь поудобнее, — язвительно продолжал мистер Коллинз, — обойдемся без церемоний.

— Каких церемоний? — пробурчал Донни Липштиц, лениво оглядывая класс. Парень сполз на стуле пониже и водрузил свои потрепанные черные кроссовки на парту. — Разве кто-то церемонится?

— Я иронизировал, Липщтиц, — процедил мистер Коллинз. — И, кстати, убери ноги со стола. Кто мне скажет, где Вилл Вандом?

У Корнелии по спине пробежали мурашки. Теперь-то Вилл точно влипла. Наверное, пора вмешаться!

— Я знаю, где она! — подала голос чародейка, взволнованно щелкая колпачком ручки. — Она… вышла в туалет! Вас не было и…

— Если я задержался, — произнес мистер Коллинз, — это еще не повод выходить из класса без разрешения.

Историк уселся за стол и принялся листать учебник. Он рывком переворачивал страницы, и усы его раздраженно шевелились. Казалось, учителю вдруг стал мешать этот клочок растительности под носом, хотя, насколько помнила Корнелия, он носил усы всегда. Это был его фирменный знак.

Донни Липштиц, разумеется, не заметил, что историк был явно не в настроении.

— Но мистер Коллинз, — протянул он, — кто мог нам разрешить, если вас не было?

3
Перейти на страницу:
Мир литературы