Выбери любимый жанр

Создательское (СИ) - Иванова Виктория - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Виктория Иванова

Создательское

– Как все начиналось А день–то был какой…

– С добрым утром!! М–да, а утро тут ти–и–хое…

– Если с другом вышел в путь… Иногда с друзьями и врагов не надо…

– Там, далеко, далеко… Разговор сам с собой – это я еще понимаю…

– Еду, еду, еду, еду я… «Если вам нечего делать – не жалуйтесь на это! Иначе про вас вспомнят!!»

– В заколдованных болотах… Страшнее обезьяны с огнеметом только создатель с мухобойкой…

– Кто ходит в гости по утрам… рискну…

Как все начиналось…

За окном шел дождь. Такой серый, тихий, мерзкий и противный, который не столько увлажняет почву, сколько просто портит настроение и с явным наслаждением ломает все планы. Уж лил бы, да и лил. А не то, что тут он есть, а тут его уже нет. Причем нет – когда сидишь дома, а есть – когда выбегаешь в соседний магазин за хлебом, предварительно уверившись, что с неба не каплет. В результате чего передвигаешься короткими перебежками, активно маскируясь под партизана и поеживаясь, когда какая–то птаха решит сесть или улететь с ветки именно тогда, когда ты под ней проходишь.

Кроме того, рассказ, над которым я билась, считай уже целую неделю, не клеился. Ну вот ни в какую! Целый день сегодня безвылазно просидела за клавиатурой – и что? Один целый лист и пара абзацев на другом. У–у–у–у… И это при том, что в среднем за день я могу набить до двадцати! Листов, я имею в виду, а не абзацев.

М–да… такими темпами мне никаких каникул не хватит, что бы довести «великое вытворение» до ума. А потом – уроки, сессия… Короче, мне станет глубоко не до маленькой папочки с оригинальным названием. Да и мои добровольные бета–тестеры покусают начинающего автора с особым цинизмом, если я не предоставлю им «бессонный труд сотни ночей».

Отчего–то только становясь автором, начинаешь понимать тех творцов, которые на все вопли о продолжении только невразумительно рычат, посылают и плюются. Хотя… Честно говоря – для меня это все равно не повод зайти на какую–нибудь страничку и громко повопить: «Продолжения!!!«…

Прокрутила вверх… Прочитала написанное и захотелось сломать что–то. Ну, или порвать какой листик на мелкие–мелкие клочки. Особо зверским образом. Ибо буквально вымученный отрывок не вызывал никаких иных эмоций. Стирать, стирать и еще раз – стирать! Иначе бета–тестеры меня гнилыми помидорами закидают. И будут правы!

Нет, ну даже мне видно, что герои картонные, причем, словно криво вырезанные тупыми маникюрными ножницами из кем–то злобно пожеванного картона. От пафоса и надуманности речей плеваться хочется, а сценки… у–у–у–у… Так и тянет заорать в голос, подражая великому классику: «Не верю!!!». Короче, автор из меня сегодня, как из паровоза – балерина. Причем – на тонком льду.

Иех, музья ушли в загул… И хоть бы предупредили, заразы. Я бы за компьютер не садилась, чем другим занялась. А теперь целый день работы – и насмарку. Обидно. Но что поделаешь, служители Парнаса (блин, убила бы греков за такое название!!) отличаются нет, не умом и сообразительностью, а вредностью и привередливостью.

Я откинулась на спинку кресла и включила проигрыватель, настроенный на случайный выбор. Из динамиков, установленных по краям монитора донесся женский голос. Я узнала одну из моих любимых исполнительниц и песен. Менестрель по имени Джем под размеренный звон гитары четким ритмом выводила:

В воде нарисованы звезды,
Как линии рук на дорогах.
Не точно, но очень серьезно,
Тобою допущенный промах!
История древнего мира
На каждом моем отпечатке,
И вечно идущим пунктиром
Бессмертье в стерильных перчатках.
Ты можешь увидеть в сетчатке моей
Триумф и паденье святынь,
Но, я умоляю, на несколько дней
Придумай меня живым
На выходе – ровная строчка,
На пульсе – отсчет метронома,
Отлично подобранный почерк,
Застывшая буква закона
Шифровка, как лестница в небо –
Лицо, отраженье, ступень
И черное, ставшее белым,
И белого черная тень
Ты можешь запомнить в ладони моей
Реальности миражи
Но ради всего, что есть в мире теней,
Придумай меня живым
Рисован штрихами отличий
Классический профиль безумца,
Но в плоскости спин безразличных
Наш крик даст им шанс обернуться
И губы сухим первоцветом
Словами войдут меж страниц,
Но это не будет ответом,
А только лишь сменою лиц
Но только лишь ты можешь знать эту ложь
И видеть сквозь горький дым
Пусть я для тебя ни на что не похож,
Придумай меня живым
Придумай меня живым…

Прикрыв глаза и мурлыкая себе под нос, я стала раскачиваться в кресле. Вот еще поставлю чего–то протяжного, повою от души… неожиданно за окном полыхнуло, на мгновение осветив всю комнату, от прокатившегося грома зазвенели окна и ветер злобно и мощно ударил в стекла. Экран мигнул, и, прежде чем я успела его выключить – рванулся навстречу расширяющимся ослепительно белым светом. Испуганно шарахнувшись назад, я услышала скрип ножек кресла и ощутила, что лечу спиной вперед. Затылок взорвался оглушающей болью, а в ушах набатом гремело:

«Придумай меня живым!!
Придумай меня ЖИВЫМ!!«…

Последняя мысль была на редкость оптимистичной: «Кирдык монитору…» После чего я откатилась в глубокий обморок.

С добрым утром, страна!..

М–да, а утро тут ти–и–хое…

Пробуждение не отличалось радостностью и не вселяло уверенности в завтрашнем дне. Да и в сегодняшнем, честно говоря – тоже. Это если монитор накрылся – то все. Пока новый не купишь – сиди, и тапки причесывай. Да и родители за угробленную машинку по голове не погладят. Надо бы хоть осколки прибрать, копоть, если есть – вытереть. Помянуть «незлым тыхым словом» полетевшие нафиг пробки и провести остальные, не менее важные мероприятия.

И встать, наконец с холодной земли, а то так и спину застудить можно. Так, а теперь последнее с самого начала… Холодная земля, мокрая трава и с неба каплет. Трава? Небо?! Какая, нафиг, трава в современной квартире?!!

Нет, вообще–то травка могла быть. Муравка эдакая… Или плесень, мало ли сколько я в обмороке провалялась…

Угу, еще и головой основательно ударилась. Причем – сильно! Иначе откуда такие мысли?!

Шлеп! Холодная капля упала прямо на нос, продержалась немного на переносице и, так и не решив, куда именно сбежать – резво потекла в глаза. Это как понимать? Не хочешь умываться сам – умоем насильственно? Ну, спасибо! Ну, утешили и ободрили!.. Чтоб вам всем…

Я робко открыла глаза и, прищурившись, злобно уставилась на нависшие ветки. По всей видимости, тут недавно прошел дождь и сейчас темно–зеленые, почти черные листья роняли хрустальные капли на землю. А поскольку на ней лежала еще и я, то умывали меня долго и качественно.

Нет, хамство! Первостатейное! И здесь дождь. От него что, вообще никуда скрыться нельзя?! Бррр… холодно–то на земле, оказывается. Как же герои бедненькие на природе спят? Там же одеяло – не толще полотенца! Бедные…

1
Перейти на страницу:
Мир литературы