Выбери любимый жанр

Машина Апокалипсиса - Астахов Андрей Львович - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

– Молодец, хозяин, соображаешь! – похвалила меня Эль-Шаба. – Только к порталу нужно еще прорваться…

– Не дрейфь, камушек, прорвемся! – успокоил я ее.

Я пробежал два или три переулка, не встретил ни одного людомеда, и остановился, чтобы отдышаться. Сердце ломило, ноги тряслись, одежда промокла от пота. Перчатки превратились в лохмотья, и руки жгло огнем. От моей куртки пахло паленой кожей, а мне казалось, что горелым пахнет уже и от меня. На мгновение мне показалось, что я ушел от погони. Но тут я увидел такое, что заставило меня забыть о пожаре и людомедах.

В дальнем конце переулка появилась новая тварь – прежде мне такие экземплярчики не встречались. Что-то вроде огромного двухголового волка с тигриными полосами на боках и голым крысиным хвостом. Намерения этой скотины были более чем очевидны, она пришла в этот ад не просто так погулять, а по мою душу. Увидев меня, тварь оскалилась, показав мне здоровенные желтые клыки, похожие на кривые кинжалы, угрожающе зарычала и, припав к земле, двинулась в мою сторону.

Я взялся за рукоять катаны. Меч хорош, когда дерешься с бронированным противником, а здесь нужен клинок легкий и заточенный, как бритва. С оружием в руках я почувствовал себя куда как увереннее и приготовился встретить врага. Метрах в десяти от меня неведомое страхоило остановилось, стегая землю хвостом, а потом сжалось в ком – и помчалось на меня быстрыми прыжками.

– Осторожно! – взвизгнула Эль-Шаба.

Я никогда не был в Испании, и не видел корриды вживую – только по телевизору. Но, наверное, из меня мог бы выйти неплохой матадор. Все получилось чисто случайно, и в другой раз я бы не повторил подобного номера, но в тот момент я сделал все безукоризненно – страх, адреналин и желание победить превратили меня в первоклассного бойца. Тварь подскочила ко мне, зубищи одной из голов клацнули в каком-нибудь сантиметре от моего правого колена, но я уже развернулся в безукоризненном пируэте, и миг спустя клинок моей катаны опустился на загривок чудовища, как раз туда, где шейные позвонки ближе всего расположены к поверхности тела. Мне в лицо полетели теплые брызги, зверюга ткнулся обеими мордами в дорожную пыль и забился в агонии, хрипя и захлебываясь кровью. Подскочив, я нанес еще два удара, а потом тупо и яростно рубил содрогающееся тело, вымещая на мертвом чудище свою ярость. До меня не сразу дошло, что я напрасно теряю время, и лишь накрывшее меня облако густого дыма заставило вспомнить о портале.

Уже не помню как, но я оказался на площади. Тут я увидел печальное зрелище – наш веселенький кислотный фургон полыхал, рядом с ним в пыли лежали трупы лошадей, и несколько людомедов, встав на четвереньки, рвали их когтями и зубами. А в каких-нибудь двадцати метрах впереди сиял жемчужно-белый овал открытого портала. Людомеды увидели меня, бросили свою трапезу, похватали мечи, только вот я уже был рядом с порталом. Помню, что я еще оглянулся в надежде увидеть Хатча или Тогу, но вокруг меня были только враги. Я взглянул в пылающие алым огнем глаза людомедов, увидел их вымазанные кровью морды, отсверки пожара на клинках мечей – и бросился в сияющую бездну, за которой оказалась пустота и беспамятство.

* * *

С чего началась для меня реальность, сказать трудно – то ли со слепящих зайчиков в глазах, то ли со звона в ушах. Ощущение было такое, будто моя голова превратилась в металлофон, и кто-то беспорядочно наяривает по нему палочками. Чуть позже я осознал, что лежу на чем-то мягком, вроде как на постели. Слепящие зайчики ушли, и я смог разглядеть бревенчатые стены, перекрещивающиеся балки потолка, багровое свечение прогорающих дров в открытом камине. А еще через секунду кто-то подошел ко мне, и я услышал невозможно знакомый голос:

– Очнулся, милый? Ну, хвала Бессмертным!

– Марика?

– Да, зайка. – Марика наклонилась надо мной, и ее рука легла мне на лоб. – Жара больше нет. Кажется, ты пошел на поправку. Я беспокоилась за тебя, хотя, по совести сказать, мне следовало бы оторвать тебе голову.

– Марика, что ты здесь делаешь?

– То же, что и ты. Прячусь от имперцев.

Постепенно я приходил в себя. Попутно сделал три вывода: во-первых, я лежу совершенно голый под одеялом. Во-вторых, у меня аккуратно забинтованы руки от кисти до локтя. В-третьих, место, где я оказался, не было похоже ни на тюрьму, ни на лазарет. Было тепло, аппетитно пахло куриным супом. Осталось выяснить самую малость – каким образом я здесь очутился, и как получилось, что Марика оказалась тут вместе со мной. Между прочим, я заметил, что Марика изменилась. Свой лайковый вампирский прикид она сменила на приталенный бархатный жакет с капюшоном, замшевые бриджи и сапожки без каблуков. Исчезли пирсинг, золотые украшения и яркий грим. Если бы не клыки и вертикальные зрачки, Марику можно было бы принять за эдакую хорошенькую девушку-простушку из народа. Она выглядела намного мягче и женственнее, и ее нечеловеческая природа почти не бросалась в глаза. Или это опять ее чары, как тогда, в замке Гранстон?

– Я ничего не понимаю, – я сел на кровати и вопросительно посмотрел на свою несостоявшуюся жену-вампиршу. – Я-то скрываюсь от них, потому что отказался работать на вашего Мастера. А ты чего прячешься?

– Дебил ты, Осташов, – спокойно сказала Марика, убрав с лица рыжую прядь. – Как ты думаешь, мне простили твои художества? Когда ты выпил эликсир Бенициуса и помер прямо в тронном зале замка Чоп, Мастер был в бешенстве. Он сразу понял, что мне так и не удалось заставить тебя пройти Евхаристию Кровью. Что его план провалился. И крайней, естественно, оказалась я. Меня немедленно вышвырнули из разведки и собирались передать магам-аниматорам для Донорства.

– Для чего?

– Для уничтожения, милый. Если проминж не справился с задачей, он идет в полную переработку. Его органы и ткани используют как биологический материал для создания новых проминжей.

– Что такое «проминж»?

-Продукт магической инженерии. Это словечко из жаргона магов-аниматоров. Так они называют искусственно созданные существа, вроде людомедов, или… – Марика сделала паузу, – меня. Поскольку мне совсем не хотелось отправляться в Кубикулум Магисториум на переработку, я сбежала.

– А я?

– А ты мне подвернулся, скажем прямо, случайно. Я собиралась использовать созданную имперскими магами систему порталов для своих целей. Сменить точку Универсума, для меня это был бы выход. Боевые маги Империи весьма ленивые парни – они не стали бы тратить время и усилия на поимку одного-единственного вампироморфа, сбежавшего от них в другую реальность. Поскольку уровень маны у меня довольно высокий, мне удалось при помощи парочки несложных приспособлений открыть свой портал. И представь себе мое удивление, милый, когда в момент открытия портала ты вывалился из него прямо к моим ногам, обожженный, весь в копоти и крови и благоухающий, как пригорелое барбекю! Вот уж был сюрприз так сюрприз!

– Значит, это ты обо мне позаботилась?

– Нет, специально нанимала сиделку! – фыркнула Марика. – Чем больше я с тобой общаюсь, тем меньше понимаю, что я в тебе нашла. Твое скудоумие меня просто убивает.

– А где мои вещи?

– Твоя куртка приказала долго жить. От нее остались одни лохмотья, и я ее выбросила. Остальную одежду тоже, она была грязная и окровавленная. Уж прости, дорогой. Мечи и прочее железо тут.

– Где?

– В этом ларе, – Марика показала на продолговатый ящик рядом с камином.

Я слез с кровати и доковылял до ящика. Катана, гномий меч и щит Такео были на месте. Тут же лежала моя сумка. Я заглянул в нее.

– Привет, дорогой! – поприветствовала меня Эль-Шаба. – Я по тебе очень соскучилась. Как ты себя чувствуешь?

– Отвратительно, – сказал я и закрыл сумку.

Я заметил, что камень в перстне Детекции Магии светится ровным лимонно-желтым огоньком. Магия Марики не была дружественной, но одно успокаивало – на меня она не направлена. Надеть перстни на забинтованные руки я не мог, поэтому закрыл ларь и вернулся в постель.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы