Выбери любимый жанр

Загадка Деда Мороза - Устинова Анна Вячеславовна - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

— Тогда расходимся по домам, — решительно произнес Олег. Он знал, что подобные Женькины заявления чреваты напрочь опустошенным холодильником и последующими скандалами с родителями, которым вечером после работы почему-то непременно хочется плотно поужинать…

Проводив взглядом Пашкова, пустившегося на поиски математички, Моя Длина тщательно огляделась. На лестнице, кроме нее, никого не было. Лишь сверху, из-за плотно прикрытых дверей актового зала, доносились неясный гул, стук и шорохи. Видимо, организаторы конкурса торопились как следует все подготовить к появлению публики и участниц. Потом ушей девочки достиг усиленный акустической аппаратурой голос школьного ди-джея Васи Мурмулева из одиннадцатого «Б». «Звук устанавливает», — сообразила Машка.

Она еще раз огляделась. Окончательно убедившись, что пока пребывает тут в полном одиночестве, Моя Длина водрузила на подоконник объемную сумку из черной кожи, приобретенную в «Доме Версаче», и извлекла на свет две бутылки с травяными отварами, которые изготовили специально для нее в оздоровительном центре Агнии Мокеевны и Глеба Константиновича Труповых.

Центр этот открыла на собственные средства Зинаида Николаевна Школьникова. Супруги Труповы разработали какую-то сколь нетрадиционную, столь и оригинальную методику похудения и снятия стрессов. Поэтому центр, основанный Школьниковой-старшей, уже в первые месяцы своего существования стал пользоваться бешеным успехом у «новых русских» и артистической богемы.

Разумеется, дочь основательницы вкушала все блага труповской медицины совершенно бесплатно. Захватив с собой за компанию Катю и Таню, Машка уже в сентябре принялась самым серьезным образом как худеть по методу Агнии Мокеевны, так и заниматься под чутким руководством Глеба Константиновича психологической подготовкой к предстоящему состязанию старшеклассниц родной две тысячи первой школы.

Моя Длина посмотрела на часы. До начала конкурса оставалось сорок пять минут. Значит, пора. Взяв ту из бутылочек, которая была снабжена пульверизатором, Школьникова побрызгала на лицо целебным отваром господина Трупова. Затем схватила другой пузырек, сделала из него три больших глотка и после непродолжительного раздумья решительно глотнула еще раз.

— Это чтобы наверняка, — тихо проговорила девочка.

Миг — и оба пузырька отправились обратно в сумку. Школьникова вновь посмотрела на часы. Потом, трижды глубоко вздохнув и выдохнув, расставила ноги на ширину плеч, воздела руки над головой, закрыла глаза и, мерно раскачиваясь взад-вперед, начала повторять:

— Я самая красивая. Самая прикинутая. Самая улетная.

Произнеся последнюю фразу, Моя Длина словно невольно принялась размахивать руками, как крыльями.

— Ну, точно улетная! — расхохотались вдруг за ее спиной. — Вот-вот улетит!

Моя Длина открыла глаза и увидела ухмыляющуюся физиономию Женьки.

— Ты чего это тут выделываешь? — со свойственной ему непосредственностью осведомился он.

— Все-то тебе расскажи, — огрызнулась девочка.

— А то! — воскликнул Женька. — Стоишь тут. Руками размахиваешь! Сама с собой разговариваешь. Я решил, может, ты вообще…

И, не договорив, он покрутил пальцем возле виска.

— Это, по-моему, ты вообще! — И, сжав увесистые кулаки, Школьникова двинулась на долговязого Женьку.

— Да ты чего, Машка! Перестань, — Женька обезоруживающе улыбнулся и, зная крутой нрав Школьниковой, начал на всякий случай отступать вниз по лестнице.

При этом он пятился задом, а потому столкнулся с маленьким Темычем, который как раз в это время шел вверх.

— Поосторожней нельзя? — отскочил в сторону Тема.

— Сам виноват, — отмахнулся Женька. — Надо глядеть, куда идешь.

— А ну, валите отсюда оба! — гаркнула Моя Длина. — Вы мне весь психологический настрой сбили.

— Так это, значит, у тебя такой психологический настрой был? С улетом? — искренне восхитился Женька. — Ты, Машка, не стесняйся. Мы ведь свои. Продолжай. Мне поглядеть охота.

— И лестницу эту ты, между прочим, еще не арендовала в единоличное пользование, — самым что ни на есть нудным голосом принялся качать права Темыч.

— Лестницу, может, и не арендовала, — свирепо откликнулась Школьникова. — Но и ты, Микроспора, тоже не арендовал. Поэтому, если мигом отсюда не испаришься, я сотру тебя в порошок.

— Только попробуй! — задиристо воскликнул Темыч, однако, как человек осторожный, начал на всякий случай по методу Женьки пятиться вниз.

— Видишь, Машка, он уходит, — с радостным видом изрек Женька. — Можешь спокойно теперь заниматься своим психологическим настроем.

— Могу, — уже кипела от ярости Моя Длина. — Только надо сперва от тебя избавиться. — И она предприняла весьма решительную попытку спустить Женьку с лестницы.

— Эй! Чего у вас там происходит? — раздался снизу голос Олега.

К Моей Длине и Женьке поднималась остальная часть Компании с Большой Спасской.

— Она бушует, — указав на Машку, объяснил друзьям Темыч.

Та, не обращая внимания на вновь прибывших, пыталась спихнуть прыгающего вокруг нее Женьку с лестницы.

— Эй! Машка! Ты что? — поспешили к ней Катя и Таня. — Побереги силы для конкурса!

Призыв на Школьникову подействовал. Отвесив долговязому Женьке последний подзатыльник, она вернулась к подоконнику и снова побрызгала на лицо чудодейственным составом господина Трупова.

— Этот дурак мне весь аутотренинг сломал, — указав на Женьку, пожаловалась девчонкам она.

— Ничего, Машка, время еще есть, — тихим голосом принялась успокаивать ее Таня. — Сейчас мы отправим мальчишек в зал. Пусть Андрею помогают. А ты спокойно потренируешься.

— Верно, — несколько успокоилась Моя Длина и, повернувшись к мужской части Компании с Большой Спасской, скомандовала: — А ну, двигайте отсюда!

— Пошли, ребята, — поманил за собою друзей Олег.

Они поднялись на еще один лестничный марш и двинулись было к актовому залу, но тут появился тяжело дышащий Пашков.

— Ну, Ребенок? — посмотрела на него Школьникова. — Нашел?

— Н-не нашел, — задыхаясь от быстрого бега, откликнулся тот.

— Почему не нашел? — сурово осведомилась Моя Длина. — Значит, плохо искал.

— Хорошо искал, — обиженно возразил Лешка. — У меня всегда все четко. Я школу вдоль и поперек обегал.

— Зачем обегал? Кого искал? — навис над Пашковым любопытный Женька.

— Светлану, — был краток тот.

— На фига ты ее искал? — не унимался Женька.

— По просьбе Андрюши, — томным голосом сообщила Моя Длина.

— Все говорят, она где-то здесь, но никто ее толком не видел, — перебил Пашков.

— То есть? — внимательно посмотрели на него друзья.

— Без «то есть», — продолжал Пашков. — Везде она вроде бы только что была, но уже ушла. В общем, меня, как мячик, отфутболивали из учительской в раздевалку, из раздевалки — в канцелярию, ну и так далее…

— Слушай, Лешка, — поправил съехавшие на кончик носа очки Олег. — Я так и не понял, ее кто-нибудь видел?

— Да вроде… — Лешка замялся. Потом добавил: — Вроде бы видели, но как-то так… Неконкретно.

— Неконкретно? — уставились на него остальные.

— Ну, все перед вечером бегают. Суетятся, — отвечал Лешка. — Поэтому никто так точно и не вспомнил, когда ее видели в последний раз.

— Выходит, ее нигде нету? — удивленно спросил Олег.

— Странно, — пожала плечами Таня. — Может, пока ты, Лешка, бегал и искал, она по другой лестнице прошла в актовый зал?

— Все может быть, — откликнулся Пашков. — Сейчас сбегаю и посмотрю.

— Вот и посмотрите все вместе, — вновь повернулась к мальчишкам Моя Длина. — Дайте мне, в конце концов, подготовиться.

— Святые слова, — Катя украдкою подмигнула Олегу, Лешке, Женьке и Темычу. Мол, хватит будить в Машке зверя.

Однако заняться психологической подготовкой Школьниковой снова было не суждено. Внимание семерых друзей привлекла весьма живописная группа, поднимавшаяся по лестнице. Все трое были хорошо знакомы Компании с Большой Спасской. В сверхсовременном электронном инвалидном кресле гордо восседал их одноклассник Марат Ахметов. Обе ноги у него были загипсованы. Кресло несли старший охранник отца Марата Ахметова Олесь Убейволк и широкоплечий, наголо бритый шофер по имени Витя.

3
Перейти на страницу:
Мир литературы