Выбери любимый жанр

Не устоять! - Энок Сюзанна - Страница 3


Изменить размер шрифта:

3

Не отдавая себе отчета в том, что делает, она повалилась вместе с сестрой на пол, прикрывая малышку своим телом. Когда грохот смолк и дом перестал содрогаться, Фелисити поднялась на ноги и трясущимися руками принялась для чего-то расправлять смятую и насквозь промокшую юбку.

– Мэй, идем! – прокричала она срывающимся голосом. – В гостиной мы будем в безопасности!

– Нет! Нет! – отчаянно замотала головой младшая сестра. – Там тоже все рухнет!

– Не рухнет! Восточное крыло построили совсем недавно, там стены очень прочные! Все будет хорошо! Верь мне, Мэй! Я обещаю!

– Ладно, – прохныкала девочка и крепко ухватилась за руку старшей сестры.

– Я тоже должна верить», – подумала Фелисити и подняла глаза. – Там, где только что был деревянный резной потолок, висело черное, без единой звезды, небо, которое то и дело вспарывали зигзаги молний. Ливень хлестал нескончаемыми потоками. «Чтоб тебя черти зажарили, братец Найджел!» – подумала Фелисити. Как всегда, вовремя смылся! Если в ближайшие дни он не привезет денег, возвращаться будет просто некуда…

Рейфел Бэнкрофт проснулся оттого, что ему показалось – чей-то горячий язычок настойчиво лижет ему грудь. С неохотой разлепив веки, он прямо перед глазами узрел огненно-рыжую растрепанную женскую шевелюру, которая медленно и неуклонно двигалась по направлению к его животу.

– Доброе утро, Лидия, – промычал он, потягиваясь и стараясь не обращать внимания на бьющие в висках молоты.

– Где мы?

Лидия подняла голову и одарила его широкой улыбкой.

– В моей комнате на втором этаже, – сообщила она, игриво хихикнув, и добавила, прежде чем вернуться к своему приятному занятию: – До утра еще далеко.

Рейф повернул голову и посмотрел в окно:

– Черт возьми, и правда еще ночь!

Хотя прикосновение горячего и чувственного женского рта было более чем приятно, ему подумалось, что, к несчастью, его ждут кое-какие неотложные дела. Еще раз потянувшись всем телом, Рейф сел было на постели; однако в этот момент шустрые пальчики Лидии умело присоединились к настойчивым стараниям ее губ, и Бэнкрофт, с удовлетворенным вздохом откинувшись обратно на подушки, блаженно закрыл глаза. Собственно говоря, куда и зачем сейчас спешить?

Он пошевелился и с усилием перекинул ее голую ногу через себя, так что Лидия оказалась сидящей на нем верхом, а перед его глазами оказались соблазнительно-округлые ягодицы. Мгновение спустя взгляд его упал на лежавший на ночном столике пергамент Найджела Харрингтона. Приподнявшись на локте, Рейф потянулся, взял его и с ленивым любопытством развернул, чтобы узнать, за что, собственно говоря, он расписался. Бросив взгляд на раскрытый лист, он сел так стремительно, что спихнул Лидию с узкой кровати на пол.

– Проклятие! – Ошеломленная женщина на мгновение осталась сидеть, забыв о своей наготе, потом вскочила с постели и, схватив подушку, в ярости запустила ею в голову Бэнкрофту. Тот машинально отбросил подушку в сторону, едва обратив внимание на ее обиду.

– Дорогая, хотелось бы чуть больше уважения. Я все-таки землевладелец.

– Какой ты, к черту, землевладелец! Ты самая настоящая вонючая невоспитанная свинья, вот ты кто! – огрызнулась Лидия.

– Пусть даже так, зато весьма состоятельная, – ухмыльнулся Рейф.

– Неужели ты полагаешь, что про Китай он говорил всерьез?

Джулия Бэнкрофт, герцогиня Хайброу, бросив рассеянный взгляд в окно, на унылую, как обычно в это время года, Кинг-стрит, повернулась к своему старшему сыну:

– Похоже, сам ты в этом уверен, иначе не стал бы заводить такой разговор.

Куин Бэнкрофт, маркиз Уорфилд, нахмурившись, пригубил бокал с мадерой.

– Это просто нелепо. Тем более когда речь идет о нем. Она всмотрелась в лицо маркиза. Тот чуть склонил голову к правому плечу, в очередной раз прислушиваясь, не слышно ли в холле шагов вернувшейся жены. Природа одарила обоих ее сыновей каштановыми волосами и зелеными глазами. Правда, у Рейфа глаза были совсем светлыми, цвета морской воды и с каким-то завораживающим мерцанием, от которого всякий раз таяло материнское сердце.

– Ты говоришь совсем как отец.

– Ну, спасибо тебе большое! – возмутился Куин. – А я-то думал, тебе будет приятно услышать, что Френсис Хеннинг все завещал мне!

Герцогиня улыбнулась:

– Но что нелепого в том, что Рейфел хочет попутешествовать?

– Ему жить здесь. Бога ради, мама, ведь он Бэнкрофт!

– Я полагаю, Куинлан, сам он думает, что со своей жизнью здесь уже разобрался.

В дверь деликатно постучал дворецкий:

– Милорд, ленч подан.

– Спасибо, Бикс.

Джулия встала, и Куин проследовал за матерью через анфиладу комнат в огромную столовую.

– Ты уверена, что вчера он не ночевал дома? – опять заговорил маркиз.

– Куин, теперь ты ведешь себя совсем как его мать. Этим скорее мне пристало интересоваться!

– Просто беспокоюсь за брата, – пожал плечами Куин.

– Понимаю, и поверь, мне это очень приятно. Но если говорить серьезно, чем бы здесь стал заниматься Рейф?

Маркиз помолчал.

– Я уверен, если бы мы с ним посидели пару часов и откровенно поговорили, то наверняка подыскали бы что-нибудь подходящее.

– Ты мог бы ему помочь начать собственное дело.

– Бога ради, но только не в этом чертовом Китае. И месяца не прошло, как Рейф вернулся из своей поганой Африки. Я просто не верю, что он сгорает от нетерпения снова отправиться в путешествие. Отчего он тогда мне ни словом об этом не обмолвился?

– Возможно, считал, что ты рассердишься, дорогой.

– Если бы это могло его остановить, я согласен на то, чтобы всякий раз, как он заходит в дверь, меня разбивал апоплексический удар, – недобро прищурился Куин.

Джулия хихикнула:

– Куин, пожалуйста! Кто-то же должен брать на себя риск.

– Благодаря тебе у меня для этого есть Мадди!

Герцогиня остановилась у своего кресла и окинула взглядом остальные пустующие места.

– Бикс, Мадди с его светлостью будут?

– Да, леди. Его светлость распорядился, чтобы я предупредил вас о том, что они будут «чертовски скоро», как он выразился.

Куин, предупредительно отодвинувший стул для матери, при этих словах весело хохотнул:

– Похоже, Мадди снова обчистила его в вист. А он этого просто не выносит!

Перемена темы помогла избежать продолжения разговора о весьма спорном будущем его брата. Джулия бросила взгляд на часы, стоявшие на каминной полке. После своего возвращения Рейфел бывал в городе крайне редко и всякий раз избегал встреч с семейством. Душу матери на мгновение охватило чувство неловкости и беспомощности. Ее сын успел приложить руку к разгрому армий Бонапарта, покорить сердца многочисленных лондонских красавиц, выиграть и тут же спустить целое состояние в известных и печально известных игорных клубах. Что он добавит в ближайшем будущем к этому впечатляющему списку своих подвигов, можно было лишь догадываться.

– Ваша светлость, вы отдаете мне замок Хайброу со всеми землями, и я забываю о долге в сто тридцать восемь миллионов фунтов!

Сверкая глазами, в столовую танцующей походкой вступила Мадлен Бэнкрофт, Во время частых и затяжных отлучек Рейфа именно она вносила живую струю в степенное существование семьи Бэнкрофт, за что Джулия всегда обожала невестку.

– Не надейтесь, сударыня, на слух я пока еще не жалуюсь. Вы сказали «пенсов», а вовсе не «фунтов».

– Я такого не говорила, и вы это прекрасно знаете.

Джулия с трудом удержалась от улыбки при виде растерянного и добродушного выражения лица своего супруга. Подумать только – все; кроме ее самой, Мадди и Куина, так и трепещут перед его сиятельством. Рейф, правда, делал вид, что не боится главы семейства, однако он более чем кто-либо страстно желал получить его признание и в то же время держался от герцога как можно дальше, как бы давая понять, что отношение отца вовсе его не волнует. Льюис Бэнкрофт об этом и не подозревал.

3
Перейти на страницу:

Вы читаете книгу


Энок Сюзанна - Не устоять! Не устоять!
Мир литературы