Выбери любимый жанр

Чудесное наследство. Книга 1 - Каришнев-Лубоцкий Михаил Александрович - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

– За ней ухаживает Кэтрин Мюллер. Где она пропадает сейчас, меня интересует!

В этот момент во двор замка на огромной скорости влетел спортивный мотоцикл с лихой белокурой гонщицей и, за секунду преодолев расстояние между воротами замка и его парадным подъездом, оказался рядом с гостями баронессы.

– Привет! – сказала юная мотоциклистка. – Вы господин Дитрих и фрау Эльза? А это – фроляйн Паулина? Очень приятно! С приездом!

– Спасибо, добрый день. – Дитрих окинул взглядом стройную фигурку помощницы своей матушки и заметно смягчился: – Вы, наверное, фроляйн Кэтрин? Внучка Людвига и Марты Мюллер?

– Да, это – я! – Юная мотогонщица посмотрела на девочку в красивом летнем платьице и, весело улыбнувшись, поинтересовалась у нее:

– Тебе не было скучно в поезде, Паулина? От Гнэльфбурга до Мерхендорфа так долго ехать!

– Нет, фроляйн. В нашем вагоне ехали два мальчика, мне было на кого поохотиться.

– Ты охотилась на мальчиков?! – удивилась Кэтрин. – Каким образом?!

– Вот таким. – Паулина поднесла ко рту пластмассовую трубочку, которую сжимала в ладони, и изо всей силы дунула в нее. Комочек жеванной бумаги со свистом пролетел короткое расстояние между юной Артемидой и растерявшейся жертвой и надежно прилип ко лбу Кэтрин.

– Паулина! – прикрикнула на дочку смущенная мамаша и запоздало дернула девочку за руку с грозным оружием. – Немедленно выброси эту трубку и извинись!

– Простите, я больше не буду… – Паулина сунула свою мортиру в кармашек платья. – А выбрасывать трубку я не собираюсь: в Мерхендорфе полно чудовищ, и нам, возможно, придется от них отбиваться!

Кэтрин с трудом отлепила бумажную пулю ото лба и, стараясь не выдать голосом своего раздражения и недавнего испуга, тихо проговорила:

– Ничего, пустяки… Я тоже когда-то стреляла из подобной штуки… А вот чудовищ в Мерхендорфе вы не встретите: говорят, они еще водятся где-то в дебрях Мерхенштайна, но здесь их днем с огнем не сыщешь!

– Очень жаль, – сказала Паулина и понурила головку.

– Прекрасно! – воскликнула фрау Эльза и заметно повеселела.

А господин Дитрих, пропустив мимо ушей слова о чудовищах, деловито поинтересовался:

– Где моя матушка, фроляйн Кэтрин? Мы так хотим ее все увидеть!

– Она в гостиной и тоже с нетерпением ждет вас. А мне пора! – Девушка поправила на голове шлем и повернула ручку газа. – У нас послезавтра гонки на кубок Мерхенштайна – нужно потренироваться!

И она умчалась так же стремительно, как и появилась перед замком всего лишь две или три минуты тому назад. А приехавшие гости, подхватив чемодан и сумки, поспешили к тяжелой входной двери, за которой их ждали старая баронесса и много-много разных сюрпризов…

Глава четвертая

Супруга Дитриха фон Фитингофа была очень доброй гнэльфиной.

Когда она увидела свою старенькую свекровь в инвалидном кресле, у нее невольно навернулись на глаза слезинки, и фрау Эльза в душе поклялась, что она обязательно заберет баронессу к себе в Гнэльфбург. А мужу, как только они оказались наедине в отведенной им для отдыха комнате, строго сказала:

– Мы должны увезти ее, Дитрих, к нам! Оставлять твою матушку под присмотром этой дьяволицы Кэтрин – настоящее безумие!

– Ну, не такая она дьяволица… Вспомни нашу Урсулу! Или посмотри на Паулину…

– Вспомнила, посмотрела и еще больше укрепилась в своем решении! Мы ее забираем!

– Я не возражаю.

– Завтра же!

– Если успеем собраться.

– Я постараюсь успеть!

– Но еще понадобится ее собственное согласие…

– Мы его получим!

И, уже спокойнее, Эльза добавила:

– Ей некуда деваться, Дитрих. Старость не радость, твоя матушка прекрасно это понимает.

После недолгой, но весьма неприятной беседы на щекотливую тему, согласие на переезд от баронессы было получено.

Однако за ужином Эльза еще раз сочла необходимым сказать своей свекрови, сидящей во главе стола в специальной коляске:

– Вам будет хорошо в Гнэльфбурге, вот увидите! У нас прекрасный дом, чудесный сад, замечательные дети…

– Карл живет с семьей отдельно, с нами только Урсула и Паулина, – уточнил торопливо Дитрих.

А его дочка весело добавила:

– И еще Линда!

– У вас три девочки? – удивилась баронесса. – Вы мне про Линду ничего не писали! Или я, по старости лет, о ней забыла?

– Линда – собака, – пояснил Дитрих и косо взглянул на болтушку-дочь. – Она очень спокойная и послушная. Ты ведь любишь животных, мама?

– Очень! – улыбнулась старая баронесса и привычным жестом правой руки сунула под стол кусочек отбивной котлеты.

Это движение не ускользнуло от глаз Дитриха и Эльзы, но супруги тактично промолчали. А Паулина не придала ему большого значения: она тоже, когда ей не хотелось есть, а ее заставляли это делать, бросала под стол содержимое своей тарелки.

– Урсула и я будем за вами ухаживать, – пообещала Эльза свекрови, стараясь продолжить прежнюю беседу и не выдать крайнего изумления странным поступком матушки Дитриха.

– Кажется, я еще не стала полной развалиной, – обиделась немного фрау Луиза и стала отрезать от котлеты новый поджаристый кусочек.

– Ты не развалина, но твои ноги слегка утомились бегать по замку… А Кэтрин Мюллер плохая помощница, – мягко заметил ей сын.

– У меня есть и другие помощники! – невольно вырвалось у баронессы.

– Кто же это? – спросила Эльза и вновь проводила изумленным взглядом кусочек мяса, исчезнувший под столом вместе с рукой фрау Луизы.

– Я познакомлю вас чуть позже. – Баронесса вытерла ПУСТУЮ ЛАДОНЬ салфеткой и добавила: – Всему свое время.

Дитрих притворно вздохнул:

– Боюсь, что знакомство не состоится: завтра мы уезжаем.

– Вместе с вами! – напомнила Эльза и, проводив взглядом третий кусочек мяса, сгинувший, как и два предыдущих, под столом, не выдержала и сказала: – Если у вас диета, ивам нужно избегать мясного, то не лучше ли его вообще не трогать?

– Простите, моя дорогая Эльза, но я привыкла угощать во время трапезы свою собачку.

– Но под столом нет собачки! – воскликнула Паулина. – Уж ее-то я сразу бы обнаружила!

Баронесса откинула скатерть и заглянула под стол.

– Да, ее там уже нет…

– Мяса тоже нет, – прошептала Эльза упавшим голосом, заглядывая следом за свекровью под старинный дубовый стол.

– Вас это удивляет? – спросила старая баронесса, лукаво улыбаясь.

И снова воспитанность взяла верх над здравым смыслом.

– Нет, нисколько… – сказала Эльза и умоляюще посмотрела на мужа, взывая к нему о помощи.

– Так ты согласна перебраться в Гнэльфбург? – повторил, уже в который раз, свой главный вопрос Дитрих. – Причем, мы должны уехать завтра вечером, иначе придется ждать еще два дня.

– Мне некуда деваться, Дитрих… Но я ставлю вам одно условие: я возьму с собой своей любимое зеркало!

– Хоть целую дюжину! – обрадовался сын старой баронессы. – Я рад, что ты согласилась! Мы все рады! Вот увидишь, тебе будет хорошо в Гнэльфбурге.

Внезапно раздалось негромкое грустное поскуливание, и дверь гостиной, которая была плотно закрыта, слегка отворилась.

– Наверное, сквозняк, – сказал Дитрих после того, как у него и его жены прошел первый испуг.

– Я полагаю. что дверь не смазывали маслом лет сто или двести, – добавила Эльза и вытерла платочком со лба капельки пота.

– А мне показалось, что это скулила собачка, – прошептала Паулина и сокрушенно развела руками: – Но ее нигде нет – такое горе!

– В детстве горе быстро проходит, ты скоро утешишься, – пообещала фрау Луиза опечаленной внучке. А сыну и его супруге сказала: – Пейте чай и ступайте отдыхать – завтра нам всем предстоит тяжелый день. Спокойной ночи, мои дорогие!

И она покатила в своей коляске к приоткрытой двери.

– Спокойной ночи! – пожелали ей вслед Дитрих, Эльза и Паулина.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы